О журнале Издательская этика Редколлегия Редакционный совет Редакция Для авторов Контакты
Russian

Экспорт новостей

Журнал в базах данных

eLIBRARY.RU - НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

crossref.org
vak.ed.gov.ru/vak

GoogleАкадемия

Google Scholar

Вниманию авторов!
Плата с авторов за публикацию рукописей не взимается

C 2017 года редакция начинает публикацию материалов Документационного Центра Всемирной Организации Здравоохранения.

С 2016 года DOI присваивается всем научным статьям, публикуемым в журнале, безвозмездно. 
Главная arrow Архив номеров arrow №1 2009 (9) arrow Новый интегральный показатель «Эпидемиологический потенциал туберкулеза»
Новый интегральный показатель «Эпидемиологический потенциал туберкулеза» Печать
28.03.2009 г.

УДК 614.2+616-002.5

Лопаков К.В.1, Сабгайда Т.П.1, Попов С.А.2
1
ФГУ ЦНИИОИЗ МЗ РФ, Москва
2Институт фтизиопульмонологии ММА им. И.М.Сеченова, Москва

New integrated indicator «Tuberculosis epidemiological potential»
1Lopakov K.V., 1Sabgayda T.P., 2Popov S.A.

1 Federal Public Health Institute, Moscow
2 Institute of Phthisiopulmanology at I.M.Sechenov MMA

В статье предлагается использовать показатель "эпидемиологический потенциал туберкулеза" для стратификации территорий Российской Федерации на зоны с близкими условиями по формированию и предпосылкам развития эпидемического процесса. Эпидемиологический потенциал туберкулеза определяется совокупностью факторов, не связанных напрямую с туберкулезом, но влияющих на интенсивность эпидемических процессов. Дано обоснование необходимости введения и изложена методика расчета этого интегрального показателя. Проведена стратификация территории Российской Федерации по значению предложенного показателя. Адекватность "эпидемиологического потенциала туберкулеза" реальной реализации эпидемического течения показана путем сравнения эпидемиологических показателей в выделенных группах территорий. In the article, it is proposed to use the indicator "tuberculosis epidemiological potential" for stratification of the Russian Federation territory into areas with similar situation in formation and preconditions of development of epidemiological process. Tuberculosis epidemiological potential is defined by a complex of factors having no direct relation to tuberculosis but providing an impact on intensity of epidemiological processes. The need to introduce the methods for calculating this indicator has been proved and the methods for calculating this integrated indicator are given. Stratification of the Russian Federation territory according to the indicator presented has been performed. Correspondence between the "tuberculosis epidemiological potential" indicator and the real epidemiological situation was demonstrated by comparison of epidemiological indicators in selected territory areas.

Ключевые слова: эпидемиологический потенциал, туберкулез, факторный анализ, методология, районирование, медицинская социология.

Key words: epidemiological potential, tuberculosis, factor analysis, methodology, zone division, medical sociology.

Введение нового для фтизиатрии понятия, "эпидемиологический потенциал туберкулеза", обусловлено необходимостью стратегического планирования объемов противотуберкулезной помощи, при котором требуется оценка адекватности проводимых мероприятий в территориях РФ. Разделение (стратификация) территорий Российской Федерации на зоны с близкими условиями по формированию и предпосылкам развития эпидемического процесса дает возможность выработать пакет унифицированных мероприятий и предложений для каждой из зон и, таким образом, более взвешено использовать федеральные и местные ресурсы, а также более обоснованно проводить сравнительный анализ по напряженности эпидемической ситуации в каждой из территорий.

Эпидемиологический потенциал туберкулеза определяется совокупностью факторов, не связанных напрямую с туберкулезом (неспецифических или неинфекционных), но влияющих на интенсивность эпидемических процессов. Эти факторы являются внешними по отношению к процессу передачи микобактерий туберкулеза среди населения. В то же время, они влияют одновременно как на специфический эпидемический процесс, так и на общее состояние здоровья населения. Попытка выразить совокупное влияние этих внешних факторов с помощью одной величины привела к разработке интегрального показателя "эпидемиологический потенциал туберкулеза". В данной статье описана методика расчета данного показателя (без использования эпидемиологических показателей), приведены полученные на его основе результаты стратификации территории Российской Федерации, показана эффективность использования предложенного показателя путем сравнения эпидемиологических показателей в выделенных группах территорий.

Аналогичный показатель весьма продуктивно используется в маляриологи для описания маляриогенности территории с 1985 года [1]. Не так давно Б.Б.Прохоровым [2] на основании показателя продолжительности жизни населения и ряда социально-экономических и климатических факторов был предложен коэффициент суммарной оценки здоровья населения, который был положен в основу медико-экологического районирования территории России. Во фтизиатрии подходов к количественному выражению социально-экономических, культурно-исторических, климатических и прочих условий формирования эпидемического процесса пока не разработано. При этом заболеваемость туберкулезом, на долю которого приходится до 70% всех смертей из числа случаев смерти от инфекционных заболеваний, является одной из самых сложных и актуальных проблем отечественного здравоохранения [3].

В России ситуация с туберкулезом неоднородная: показатель заболеваемости в отдельных регионах различается на порядок, составляя в 2006 году 28,8 (на 100 тыс. населения) в Москве, 211 в Республике Тыва и 418,4 в Корякском автономном округе [4]. Показатель смертности варьирует от 77,6 (на 100 тыс. населения) в Республике Тыва до 5,4 в Орловской области. Столь резкие различия в показателях между регионами внутри страны отражают не только медицинскую составляющую в эпидемиологии туберкулеза, но и иные факторы, совокупно формирующие потенциал специфического эпидемического процесса, иными словами – эпидемиологический потенциал территорий. Очевидно, что общепринятый сравнительный анализ эпидемиологических показателей распространения туберкулеза по отдельным субъектам РФ и для всей страны не вполне корректен. В таких случаях в эпидемиологии принято выделять зоны с относительно однородными условиями, и уже внутри зон вести мониторинг эпидпроцесса [5].

Мы провели интегральную оценку условий для возникновения, распространения и бремени туберкулеза и на ее основе провели группировку территорий (стратификацию) по равнозначности этих условий.

Туберкулез – социально-зависимое заболевание. Во-первых, условия жизни при недостатке жилищной площади, характерные для жизни малоимущих семей, увеличивают вероятность первичного заражения [6]. Во-вторых, курение, алкоголизм, недостатки в питании, стресс и иные следствия социальной необустроенности снижают сопротивляемость организма [7]. В ряде исследований показано наличие корреляционной связи заболеваемости туберкулезом с различными факторами (уровень преступности, ветхий жилой фонд, дискомфортность природных условий, площадь жилищ, приходящаяся в среднем на одного жителя удельный вес площади, оборудованной газом, и др.), что демонстрирует способность туберкулеза служить индикатором неблагоприятных условий жизни населения [8].

Иногда эта связь достаточно очевидна, так что по интенсивности показателя заболеваемости туберкулезом судят в какой-то мере о социально-экономической ситуации в регионе [9]. Однако, эта связь не однозначна. Например, экономическая состоятельность Калужской области выше, чем Костромской, но при этом уровень заболеваемости туберкулезом в 2006 годы также был выше (56,9 против 37,9), что объясняется существенной разницей в территориальных факторах. Аналогично, в значительно более бедной по сравнению с Дагестаном Ингушетии уровень заболеваемости туберкулезом составил 37,4, тогда как в Дагестане – 58,1, что, по-видимому, объясняется совершенно иными факторами.

Заболеваемость туберкулезом связана также с климатическими факторами. Известно благотворное влияние здорового климата на ход лечения туберкулеза, и наоборот, снижение сопротивляемости организма в некомфортных природно-климатических условиях [10]. Однако при этом на некоторых дискомфортных для проживания территориях уровень заболеваемости туберкулезом не самый высокий в стране. К самому суровому району (по степени дискомфортности из-за воздействия холода и ветра) отнесены побережье Северного Ледовитого океана, Чукотки и Камчатки, а также Азово-Черноморская и Прикаспийская низменности [11]. Наоборот, на наиболее благоприятных в нашей стране для проживания территориях уровень заболеваемости туберкулезом не самый низкий. Максимальный уровень комфортности климата в России определен А.С.Мартыновым и В.Г.Виноградовым [12]. Он принадлежит районам Предкавказья (комфортность оценена по температурный баланс, длительность зимы, частота зимних ветров и др.).

И наконец, немаловажное значение имеет качество работы противотуберкулезной службы. При своевременном выявлении и эффективном лечении больных распространение туберкулеза в территории может быть значительно снижено даже в неблагоприятных для жизни условиях [13].

Неоднородность природно-климатических, социально-экономических, а также культурно-исторических условий жизни населения обуславливает различие в условиях распространения туберкулеза на разных территориях. Так, если уровень бедности населения, обеспеченность населения врачами и качество медицинской помощи (традиционно характеризуемое коэффициентом младенческой смертности [14]) в Уральском округе коррелируют с уровнем смертности мужчин в возрасте 45 лет и старше от туберкулеза, то в Южном округе связи этих показателей не выявлено (Табл. 1). Такое отличие Южного ФО отражает ситуацию во входящих в округ южных Республиках, где только начался переход от сельско-хозяйственного к индустриальному типу хозяйствования, что связано не только с ростом благосостояния, но и с увеличением смертности, снижением рождаемости и ростом ряда социально-зависимых болезней, включая туберкулез [15]. О своеобразии эпидемической ситуации в Приволжском округе свидетельствуют отрицательные коэффициенты корреляции смертности мужчин с уровнем бедности населения, обеспеченность населения врачами и средним медицинским персоналом. Разный знак при коэффициентах корреляции смертности мужчин с уровнем обеспеченности населения врачами и средним медицинским персоналом в Северо-Западном и Дальневосточном округах, по-видимому, отражает факт нехватки врачей и выполнения их функций фельдшерами на этих территориях.

Табл. 1.

Коэффициенты корреляции социально-экономических параметров1 и показателя смертности мужчин в возрасте 45 лет и старше от туберкулеза для Федеральных округов

Социально-экономические параметры Центральный ФО Cеверо-Западный ФО Южный ФО Приволжский ФО Уральский ФО Сибирский ФО Дальневосточный ФО
  Значение коэффициентов корреляции
Доля населения с денежными доходами ниже прожиточного минимума 0,01 0,43 0,26 -0,62 0,99 0,45 0,23
Коэффициенты младенческой смертности 0,50 -0,06 0,15 0,51 0,82 0,23 0,30
Численность населения на одного врача 0,12 0,56 -0,21 -0,42 0,99 0,54 0,62
Численность среднего медицинского персонала на 10000 человек населения 0,11 -0,60 0,01 -0,44 0,23 0,47 -0,65

1 Российский статистический ежегодник. 2006: Стат.сб./Росстат. - Р76 М., 2006. - 806 с. 

Социально-экономические и природно-климатические условия оказывают комплексное воздействие на продолжительность жизни населения, которая считается и показателем здоровья населения и показателем уровня, качества жизни людей [8]. Средняя продолжительность жизни населения в общем сокращается по территории страны с юга на север и с юга на восток-северо-восток. Такой градиент очевиден при построении диаграммы со значениями средней продолжительности жизни мужчин и женщин в Федеральных округах России в 2007 году (Рис. 1). Округи на рисунке приведены в последовательности, примерно соответствующей направлению с юго-запада на северо-восток. Видно, что в наибольшей степени различается продолжительность жизни мужчин: показатель для Южного округа (64,3 года) отличается от показателя для Дальневосточного округа (59,3 года) на 8%, тогда как показатели продолжительности жизни женщин в этих округах различаются на 5% (75,2 и 71,4 соответственно).

Иные закономерности наблюдаются в соотношении показателей заболеваемости и смертности от туберкулеза населения разных Федеральных округов Российской Федерации при аналогичном их расположении на диаграмме (Рис. 2). Прослеживается примерно такой же природно-климатический градиент, при этом накладывается разнонаправленное влияние экономических и социальных факторов, что проявляется в относительно высоких показателях для Южного округа и относительно низких показателях для Центрального и Северо-Западного округов.

Рис.1
Рис. 1. Продолжительность жизни мужчин и женщин в 2007 году в Федеральных округах России

Рис. 2
Рис. 2. Заболеваемость (А) и смертность от туберкулеза (В) населения Федеральных округов России в 2007 году

Самый поверхностный анализ связи социально-экономических показателей с эпидемиологическими показателями показывает своеобразие условий распространения инфекционных заболеваний и их контроля на территориях разных Федеральных округов. Наличие в составе некоторых округов субъектов РФ с разным типом общественного развития и с разной плотностью населения означает, что границы зон, различающихся по условиям распространения туберкулеза среди населения, не совпадают с административными границами. Поэтому стратификация территории Российской Федерации по эпидемиологическому потенциалу туберкулеза среди населения нами была проведена для каждого субъекта РФ.

Б.Б.Прохоровым [16] на основании показателя продолжительности жизни населения и ряда социально-экономических и климатических факторов было проведено медико-экологическое районирование территории России, при котором было выделено 23 типа территорий с одинаковыми условиями формирования общественного здоровья. Прослеживаемое на рисунках 1 и 2 несовпадение в соотношении эпидемических показателей и показателя продолжительности жизни в федеральных округах позволяет заключить, что границы территорий с относительно одинаковыми условиями распространения туберкулеза не совпадают с границами территорий с относительно одинаковыми условиями формирования общественного здоровья. При этом предложенные автором методические подходы к расчету коэффициента суммарной оценки здоровья населения могут быть использованы для расчета интегрального показателя условий распространения туберкулеза, названного нами как потенциал распространения туберкулеза.

Действие социально-экономических факторов, влияющих на распространение туберкулеза, как правило, взаимообусловлено и взаимосвязано, что ограничивает использование методов многомерной статистики для интегральной оценки эпидемиологического потенциала туберкулеза [17]. Чтобы исключить из анализа факторы, имеющие одинаковую направленность действия, мы провели графический анализ – построили схему влияния различных факторов на эпидемический процесс. При разработке такой схемы нами использовались опубликованные в литературе данные о типичном портрете больного туберкулезом.

Типичный портрет среднестатистического больного туберкулезом россиянина описывает неработающего мужчину в возрасте от 25 до 55 лет, как правило, без семьи и квартиры, с алкогольной зависимостью, часто – бывшего заключенного. В большинстве случаев больные туберкулезом — люди малообеспеченные, безработные, пенсионеры, инвалиды [18, 19, 20, 21]. Кроме того, вероятность распространения инфекции увеличивается при высокой плотности проживания населения, позднем выявлении бактериовыделителей и неэффективном лечении больных туберкулезом.

Такие характеристики позволили выделить 10 факторов формирования условий распространения туберкулеза, которые можно сгруппировать в социальную компоненту и компоненту здравоохранения (Рис. 3).

Для количественной оценки влияния факторов на анализируемые процессы использовались отражающие их социально-экономические показатели, представленные в официальной отчетности для всех субъектов РФ (количественные индикаторы). Из статистических сборников были выбраны 38 показателей для 2006 года, из которых с помощью корреляционного анализа отбирались наиболее значимые для каждого фактора. Кроме того, для более адекватного отражения качественных факторов количественными показателями нами было добавлено несколько дополнительных интенсивных показателей, отражающих распределение фтизиатрической помощи по территории или расселение сельского населения (соответствующие показатели пересчитывались на единицу площади).

В корреляционном анализе оценивалась связь отобранных показателей с показателями продолжительности жизни мужчин и женщин (комплексный индикатор социального благополучия территории). Эпидемиологические параметры не использовались, чтобы не учитывать действенность противотуберкулезных мероприятий в оценке условий распространения туберкулеза. (При выборе показателей с наибольшими коэффициентами корреляции исходили из принципа представленности каждого фактора одним показателем, т.е. отбирался один показатель из ряда показателей, описывающих фактор).

Социальная компонента представлена семью факторами, которые могут быть описаны одним или несколькими показателями статистической отчетности, доступными в открытой печати (все отобранные показатели содержат значения для всех субъектов РФ). Следующие факторы формируют черты типичного портрета среднестатистического больного туберкулезом:

  • 1. Брачно-семейная структура населения. Этот фактор мы выразили с помощью показателей «соотношение мужчин и женщин» и «соотношение браков и разводов». После применения корреляционного анализа оставили один (с наибольшим коэффициентом корреляции) показатель P1 – «соотношение мужчин и женщин».
  • 2. Уровень урбанизации, который мы выразили с помощью показателей «удельный вес сельского населения», «число сельских администраций (включая сельские советы, волости, сельские округа и органы местного самоуправления)», «число сельских администраций на один км2 площади территории» (8) и «число малых городов». После применения корреляционного анализа оставили один показатель P2 – плотность сельских администраций («число сельских администраций на один км2 площади территории»).
  • 3. Общие демографические характеристики. Этот фактор исходно мы выразили с помощью четырех показателей: «численность населения», «плотность населения», «коэффициенты естественного прироста населения» и «отношение прибывших мигрантов к численности постоянного населения». В результате оставили показатель P3 – «плотность населения».
  • 4. Фактор возрастной структуры, который исходно мы выразили с помощью трех показателей: «доля населения старше трудоспособного возраста», «общие коэффициенты рождаемости» и «доля населения моложе трудоспособного возраста». После применения корреляционного анализа оставили один показатель P4 – «доля населения старше трудоспособного возраста».
  • 5. Фактор уровня жизни, который мы выразили с помощью 11 показателей. В их число входят «величина прожиточного минимума», «численность населения с денежными доходами ниже прожиточного минимума», «доля населения с денежными доходами ниже прожиточного минимума», «уровень безработицы», «удельный вес расходов домашних хозяйств на оплату жилищно-коммунальных услуг», «среднегодовая численность занятых в экономике», «среднедушевые денежные доходы», «потребительские расходы в среднем на душу населения», «среднемесячная номинальная начисленная заработная плата работников организаций», «валовой региональный продукт» и «основные фонды в экономике». Для дальнейшего анализа оставили показатель P5 - «величина прожиточного минимума».
  • 6. Фактор социальной напряженности, который мы выразили с помощью показателей «число преступлений, совершенных несовершеннолетними и при их соучастии», «число осужденных на 100000 человек населения в возрасте 14 лет и старше» и «число зарегистрированных преступлений на 100000 человек населения». Второй показатель оставлен для дальнейшего анализа как P6.
  • 7. Фактор социальные инвестиции мы выразили с помощью единственного показателя P7 – «доля расходов на социально-культурные мероприятия».

Компонента здравоохранения представлена тремя следующими факторами.

  • 8. Фактор ресурсов здравоохранения, который мы выразили с помощью пяти следующих показателей: «численность врачей на 10000 человек населения», «мощность врачебных амбулаторно-поликлинических учреждений», «мощность врачебных амбулаторно-поликлинических учреждений на 10000 человек населения», «численность населения на одного врача» и «число больничных коек на 10000 человек населения». После применения корреляционного анализа оставили один показатель P8 – «численность врачей на 10000 человек населения».
  • 9. Качество оказания медицинской помощи. Этот фактор мы выразили с помощью единственного показателя P9 – «коэффициент младенческой смертности».
  • 10. Фактор доступности медицинской помощи сельскому населению мы выразили с помощью показателей «численность сельского населения на км2 площади территории», «численность среднего медицинского персонала на 10000 человек населения», «площадь территории» и «густота автомобильных дорог общего пользования с твердым покрытием». После применения кластерного анализа оставили один параметр P10 - плотность сельского населения («численность сельского населения на км2 площади территории»).

Рис. 3
Рис. 3. Схема влияния социально-экономических факторов на эпидемиологический процесс туберкулеза и их представленность статистическими показателями

Обозначенные группы факторов влияют как на общее состояние здоровья населения, так и на интенсивность распространения туберкулеза. Они предположительно отражают условия формирования и предпосылки развития эпидемического процесса туберкулеза на территории. Совместное действие этих факторов формирует гипотетический фактор, названный нами «эпидемиологический потенциал туберкулеза».

Интегральная оценка совместного действия этих факторов предполагает использование процедуры суммирования 10 представляющих их показателей, что требует нормализации показателей, а также оценки их вклада в условный обобщенный показатель.

Для возможности использования показателей с разной размерностью в одном расчете была проведена нормализация значений показателей. Для этого субъекты РФ ранжировались по значению каждого из показателей. Ранжирование осуществлялось в порядке возрастания благоприятствования распространению туберкулеза. Например, ранжирование значений расходов на социально-культурные мероприятия осуществлялось по убыванию показателя, а ранжирование коэффициентов младенческой смертности – по возрастанию показателя.

Для оценки вклада 10 отобранных социально-экономических показателей в один обобщенный показатель нами применялся факторный анализ. При расчетах было задано условие «сформировать один фактор из анализируемых показателей». В качестве значений показателей брались ранги 89 наблюдений (субъектов РФ). Использовалась компьютерная программа STATISTICA 6.0 (StatSoft, Inc. 2001).

На рисунке 4 представлены результаты расчетов факторных нагрузок каждого показателя, полученные в ходе факторного анализа. Оцененные факторные нагрузки соответствуют вкладу каждого показателя в единый фактор – искомый «эпидемиологический потенциал туберкулеза». Ненулевая оценка факторных нагрузок далее использовалась как значение коэффициента при соответствующем показателе в уравнении для расчета величины эпидемиологического потенциала туберкулеза.


Factor
P1 -0,723055
P2 -0,887949
P2 -0,757692
P4 -0,706642
P5 0,795386
P6 0,440789
P7 -0,178441
P8 0,473404
P9 0,242300
P10 -0,845611
Expl.Var 4,711233
Prp.Totl 0,314082

Рис. 4. Копия результата, полученного в расчетах факторного анализа, выданного компьютерной программой Statistica 6,0 (обозначения параметров соответствуют обозначениям Рис.3). Достоверно отличные от нуля значения факторных нагрузок выделены жирным шрифтом. Обозначения переменных приведены на Рис. 3.

Соответственно, уравнение для расчета величины «эпидемиологический потенциал туберкулеза» выглядит следующим образом:

(1)

где:

P - «эпидемиологический потенциал туберкулеза»;

P1,P2,P3,P4,P5,P10 – независимые переменные, обозначения приведены на Рис. 3.

По формуле (1) для каждого субъекта РФ рассчитывался «эпидемиологический потенциал туберкулеза». В качестве значений независимых переменных использовались реальные значения показателей, приведенные в соответствующих статистических сборниках для регионов России. Таким образом, был получен безразмерный интегральный показатель, отражающий вариацию влияния социально-демографических факторов, условий жизни и качества охраны здоровья населения на территории Российской Федерации.

По найденной величине «эпидемиологического потенциала туберкулеза» проводилась группировка российских территорий. Очевидно, что мегаполисы (города Москва и Санкт-Петербург) не могут сравниваться с другими субъектами РФ по социально-экономическим характеристикам, поскольку в них очень специфические условия жизни. Поэтому при группировке территорий мегаполисы не учитывались. Остальные субъекты федерации были разбиты на 6 групп – типов территорий с разным эпидемиологическим потенциалом туберкулеза. Для этого оценивалась вариация предложенного показателя: рассчитывалось его среднее значение – (-125,02), стандартное отклонение -  (74,48) и ошибка – m (8,38). Граничные значения для группировки субъектов РФ определялись по формулам 2, 3 и 4:

(2)

(3)

(4)

где:

Pгр.1, Pгр.2,Pгр.3, Pгр.4, Pгр.5 - граничные значения показателя для разграничения страт.

Соответственно, было получено 5 граничных значений показателя «эпидемиологического потенциала туберкулеза»:

  1. -199,51 - среднее значение минус стандартное отклонение;
  2. -133,40 - среднее значение минус ошибка;
  3. -116,64 - среднее значение плюс ошибка;
  4. -50,54 - среднее значение плюс стандартное отклонение;
  5. 23,95 - среднее значение плюс два стандартных отклонения;

Субъекты РФ распределялись по группам на основе значения «эпидемиологического потенциала туберкулеза» ниже, выше или между заданными граничными значениями.

Таким образом, на территории Российской Федерации были выделены 6 районов с примерно одинаковыми социально-экономическими условиями для распространения туберкулеза (не включающие мегаполисы, Рис.5).

Хотя в уравнение расчета «эпидемиологического потенциала туберкулеза» (1) вошли только 6 показателей, средние значения остальных социально-экономических показателей в выделенных группах территорий также существенно различаются. Это обстоятельство отражает факт взаимосвязи большинства факторов, влияющих на условия жизни населения. В таблице 2 приведены средние значения некоторых показателей для выделенных групп территорий в 2006 году.

Рис.5
Рис. 5. Районирование территории Российской Федерации по эпидемиологическому потенциалу туберкулеза

Табл. 2

Средние значения социально-экономических показателей в выделенных группах территорий

Статистические показатели Группы территорий:
1 2 3 4 5 6
Продолжительность жизни мужчин 58,1 60,0 57,5 57,2 55,6 56,0
Продолжительность жизни женщин 72,8 73,0 71,5 71,3 69,1 68,0
Соотношение браков и разводов 563,3 485,4 600,2 583,7 582,6 646,7
Доля сельского населения (%) 30,8 37,6 29,3 28,3 31,4 25,3
Доля населения с денежными доходами ниже прожиточного минимума, % 1,8 2,7 1,2 3,4 3,8 16,0
Доля расходов на социально-культурные мероприятия 57,1 58,0 58,3 60,2 61,0 47,1
Численностью врачей на 10 тыс. населения 45,7 41,3 39,9 48,5 50,0 52,9
Численностью среднего медицинского персонала на 10 тыс. населения 113,5 108,5 98,3 117,4 119,1 133,4
Коэффициент младенческой смертности 10,0 12,2 10,6 11,3 13,0 13,4

Полученные результаты демонстрируют наличие реальных различий в социально-экономических условиях жизни населения в выделенных группах территорий.

Чтобы проверить, соответствуют ли найденные предполагаемые различия в условиях распространения туберкулеза реально наблюдаемым характеристикам эпидемического процесса, мы сопоставили средние значения эпидемиологических показателей [22] для каждой из 6 групп территорий.

Сравнительный анализ полученных данных подтвердил, что в выделенных группах существенные различия наблюдаются в динамике заболеваемости туберкулезом разных групп населения. На рисунке 6 отображена заболеваемость туберкулезом за период с 2000 по 2006 год у мужчин и женщин в возрасте до и после 15 лет. Как видно из рисунков, и уровни заболеваемости, и закономерности их изменения за анализируемый период достаточно сильно различаются для взрослого населения. Среди детского населения различия динамики заболеваемости более выражены для мальчиков, для девочек закономерности заболеваемости в 1 и 2 группах, а также 3 и 4 достаточно близки. Средние для двух полов уровни заболеваемости детей и взрослых, а также уровни распространенности и смертности населения выделенных групп территорий различаются существенным образом (Табл. 3).

Рис. 6
Рис. 6. Заболеваемость туберкулезом среди населения разных групп территорий

Другие эпидемиологические характеристики распространения туберкулеза в группах территорий также различаются. То есть, с уверенностью можно констатировать, что оцененный ««эпидемиологический потенциал туберкулеза» туберкулеза» отражает реально наблюдаемые различия в течении эпидемического процесса.

Табл. 3

Средние значения эпидемиологических показателей распространения туберкулеза среди населения выделенных группах территорий в 2006 году

Эпидемиологические показатели Группы территорий:
1 2 3 4 5 6
Заболеваемость взрослого населения 71,7 74,8 96,2 101,7 215,1 216,7
Заболеваемость детей (0-14 лет) 14,1 11,5 26,7 23,8 21,6 36,7
Распространенность среди взрослого населения 165,4 198,1 211,1 258,1 279,1 262,4
Распространенность среди детей 23,4 17,6 28,7 30,3 38,7 72,0
Смертность от туберкулеза на 100 тысяч 18,5 20,7 28,0 29,9 32,0 20,4
Больные туберкулезом с бактериовыделением, состоящие на учете, на 100 тысяч населения 73,4 75,4 92,2 112,1 130,0 122,1
МЛУ у больных с бактериовыделением, % 19,1 17,7 19,5 23,1 26,7 20,1

Также весьма выражено различаются показатели эффективности проведения противотуберкулезных мероприятий. В таблице 4 для выделенных групп территорий приведены средние значения ряда показателей, использующиеся для характеристики эффективности проведения противотуберкулезных мероприятий. Варьирование значений показателей между группами существенное.

При этом понятно, что реальная эффективность работы противотуберкулезной службы в группах территорий с разными значениями этих показателей может быть примерно одинаковой, поскольку исходные условия распространения туберкулеза не были одинаковыми.

Табл. 4

Средние значения показателей эффективности проведения противотуберкулезных мероприятий в выделенных группах территорий

Показатели Кластеры
1 2 3 4 5 6
Доля впервые выявленных среди состоящих на учете больных 45,4 39,8 46,2 40,7 48,0 35,6
Доля умерших до года среди впервые выявленных больных, % 4,8 4,3 5,9 5,6 5,0 2,5
Доля умерших неизвестными диспансеру среди впервые выявленных больных, % 2,7 1,4 3,1 2,9 2,2 2,1
Удельный вес больных, выявленных при профосмотрах 48,4 54,5 58,6 53,7 55,8 58,3
Доля бактериовыделителей среди впервые выявленных больных, % 48,3 42,0 41,6 43,3 41,4 50,5
Фиброзно-кавернозный туберкулез среди впервые выявленных больных на 100 тыс. населения 1,5 0,7 1,0 2,1 2,7 3,8
Доля фиброзно-кавернозного туберкулеза среди туберкулеза легких, % 3,0 1,3 1,5 2,5 2,7 5,7

Обеспеченность противотуберкулезной службы в разных территориях также не одинакова (Табл. 5). При этом варьирование дополнительно введенных показателей более существенно: если число фтизиатров на душу населения различается в 2 раза, то «число фтизиатров на км2» - более чем на порядок. Пространственное распределение ресурсов здравоохранения отражает особенности условий для распространения туберкулеза на выделенных территориях.

Табл. 5

Средние значения показателей ресурсов противотуберкулезной службы в выделенных группах территорий

Показатели Кластеры
1 2 3 4 5 6
Число фтизиатров на 100 тыс. населения 6,1 5,8 5,7 7,3 8,1 12,3
Число фтизиатрических коек на 100 тыс. населения 51,1 52,8 59,7 64,2 64,7 96,2
Число фтизиатрических коек на одного фтизиатра 9,1 9,1 9,8 8,9 8,8 9,0
Число фтизиатрических коек на число в/в больных 1,6 1,8 1,6 1,6 1,5 2,6
Число фтизиатрических коек на км.кв. 27,3 18,8 21,7 10,4 2,2 1,4
Число фтизиатров на км.кв. 3,0 2,1 2,1 1,1 0,3 0,1

Здесь следует добавить, что наименее варьирующий показатель – «число фтизиатрических коек на одного фтизиатра» коррелирует со средними для групп территорий значениями доли больных с МЛУ (-0,68); с распространенностью туберкулеза (-0,51), в т.ч. с бактериовыделением (-0,47); с заболеваемостью фиброзно-кавернозным туберкулезом (-0,46). Можно заключить, что этот показатель отражает качество стационарного лечения туберкулеза.

Таким образом, сравнительный анализ средних по группам территорий статистических показателей подтвердил, что в группах, различных по эпидемиологическому потенциалу туберкулеза, средние значения эпидемиологических параметров также отличны. Следовательно, разработанный нами комплексный показатель – «эпидемиологический потенциал туберкулеза» – является надежным и информативным инструментом анализа.

Проведенное районирование имеет практическое значение, т.к. позволяет регионализовать политику оздоровления населения, проведение санитарно-противоэпидемических и лечебно- профилактических мероприятий, а также проводить обоснованные сравнения данных статической отчетности различных субъектов РФ.

Список литературы

  1. Алексеева З.М, Мартынова З.И. Метод оценки природных и социальных факторов, влияющих на распространение малярии. // Медицинская паразитология и паразитарные болезни. – 1977. - №3 (46). – С. 289-294.
  2. Прохоров Б.Б. Медико-экологическое районирование и региональный прогноз здоровья населения России. М.: Изд-во МНЭПУ. 1996. 72 с.
  3. Фтизиатрия. Национальное руководство под ред. М.И.Перельмана. Москва, «Гэотар-медиа», 2007, 506 с.
  4. Туберкулез в Российской Федерации. Аналитический обзор основных статистических показателей по туберкулезу, используемых в Российской Федерации (под. Ред. М.И.Перельмана, Ю.В.Михайловой. – М., 2008. – 172 с.
  5. Райх Е.Л. Моделирование в медицинской географии. М.: Наука. 1984. 156 С.
  6. Перельман М.И., Корякин В.А., Богадельникова И.В. Фтизиатрия. ОАО Издательство "Медицина", 2004.
  7. Borisov E.S., Danilova D.I., Kourbatova E.K. Risk factors associated with default among new pulmonary TB patients and social support in six Russian regions. Int J Tuberc Lung Dis. 2007 Jan;11(1):46-53.
  8. Hawker J.I., Bakhshi S.S., Ali S., Farrington C.P. “Ecological analysis of ethnic differences in relation between tuberulosis and poverty”. British Medical Journal, 1999, October:319:1031–1034. PMID:10521193.
  9. Общественное здоровье и экономика. /Б.Б. Прохоров, И.В. Горшкова, Д.И. Шмаков, Е.В. Тарасова. М.: МАКС Пресс, 2007. – 288 с.
  10. Человек и климат. (Ред. Н. Филипповский). – 1984. - М.: Знание. - 95 с.
  11. Хайруллин К. Ш. Биоклиматическая оценка холодового дискомфорта на территории СССР = Bioclimatic assessment of cold discomfort on the territory of the USSR//Климат и здоровье человека: Тр. Международного симпозиума ВМО/ВОЗ/ЮНЕП, Ленинград 22-26 сент., 1986.Т. 2.-Л., 1988.-С. 117-121.
  12. Мартынов А.С., В.Г.Виноградов - Оценка дискомфортности климата. Атлас “Окружающая среда и здоровье населения России”. М-ПАИМС, 1995.
  13. Шевченко Ю.Л. Борьба с туберкулезом в России на пороге XXI века//Пробл. туберкул. 2000; 3: 2-6.
  14. Mackenbach, J.P., Bouvier-Colle M.H., Jougla E. “Avoidable” mortality and health services: a review of aggregate data studies. // J Epidemiol Community Health. - 1990, vol. 44. P. 106-111.
  15. Семенова В.Г. Обратный эпидемиологический переход в России. М.: ЦПС, 2005. – 235 с.
  16. Прохоров Б.Б. Прикладная антропоэкология. М.: Изд-во МНЭПУ. 1998. 312 с.
  17. Дюран Б., Оделл П. Кластерный анализ. Пер. с англ. -"Статистика". - 1977.
  18. Голубев Д.Н., Газизуллина Г.Х. Медико-социальная характеристика заболевших туберкулезом органов дыхания в Удмуртии. / Сб. Трудов VII Российского съезда фтизиатров, 3 - 5 июня 2003 года Москва, Колонный зал Дома союзов http://expodata.ru/~expopress/2003/ftiz/ftiz03_tez1.php
  19. Сельцовский П.П. Социальный портрет впервые выявленного больного туберкулезом в Москве // Социология медицины. - 2003. - № 2. - С. 35-37.
  20. Агарков А.П., Старинская Е.О. Социальные характеристики больных туберкулезом, перенесших алкогольные психозы // Сибирский вестник психиатрии и наркологии. - 2004. - № 1. - С. 24-27.
  21. Альмитова Р.А. Прогнозирование туберкулеза легких по медико-социальным факторам риска // Проблемы управления здравоохранением. - 2004. - № 1. - С. 29-33.
  22. Шилова М.В. Методические рекомендации “Методика анализа эпидемической ситуации по туберкулезу” (утв. Федеральной службой по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от 11 июня 2007 г. N 0100/5973-07-34) http://www.garant.ru/prime/20070709/4084803.htm

Просмотров: 14157

Ваш комментарий будет первым

Добавить комментарий
  • Пожалуйста оставляйте комментарии только по теме.
  • Вы можете оставить свой комментарий любым браузером кроме Internet Explorer старше 6.0
Имя:
E-mail
Комментарий:

Код:* Code
Предупреждать меня о новых комментариях к этой статье

Последнее обновление ( 17.04.2009 г. )
« Пред.   След. »
home contact search contact search