О журнале Издательская этика Редколлегия Редакционный совет Редакция Для авторов Контакты
Russian

Экспорт новостей

Журнал в базах данных

eLIBRARY.RU - НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА



crossref.org
vak.ed.gov.ru/vak

GoogleАкадемия

Google Scholar

Главная arrow Архив номеров arrow №4 2023 (69) arrow ПРОГНОСТИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ РИСКА РАЗВИТИЯ ПРЕЭКЛАМПСИИ: СОВРЕМЕННЫЙ ВЗГЛЯД НА ПРОБЛЕМУ. СИСТЕМАТИЧЕСКИЙ ОБЗОР
ПРОГНОСТИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ РИСКА РАЗВИТИЯ ПРЕЭКЛАМПСИИ: СОВРЕМЕННЫЙ ВЗГЛЯД НА ПРОБЛЕМУ. СИСТЕМАТИЧЕСКИЙ ОБЗОР Печать
02.10.2023 г.

DOI: 10.21045/2071-5021-2023-69-4-13

1Серенко К.А., 2Бантьева М.Н.
1Сеть клиник «Семейная», Москва, Россия.
2ФГБУ «Центральный научно-исследовательский институт организации и информатизации здравоохранения» Министерства здравоохранения Российской Федерации, Москва, Россия.

Резюме

Актуальность. Преэклампсия является одним из частых осложнений беременности, которое может существенно влиять не только на течение беременности и родов, а также состояние здоровья новорожденных, но и не редко осложняется гибелью пациентов. Это доказывает важность выявления факторов риска для прогнозирования развития преэклампсии.

Цель исследованиявыявить прогностические факторы риска развития преэклампсии на основании анализа источников литературы.

Материал и методы. Изучены современные исследования, рассматривающие факторы риска развития преэклампсии, клинические, лабораторные и инструментальные методы исследования, позволяющие выявить факторы риска развития преэклампсии, анализируются подходы к их оценке. Систематический обзор проведен согласно руководству PRISMA и с использованием определенных критериев PICO(S).

Результаты. Риск развития преэклампсии необходимо оценивать по факторам риска, которые позволили бы на ранних сроках предсказать развитие преэклампсии в будущем. Для их выявления в различных исследованиях российских и зарубежных авторов изучались анамнестические факторы, результаты лабораторных и инструментальных исследований. Так, повышение артериального давления в анамнезе или во время беременности свидетельствует о повышенном риске развития преэклампсии. Самый высокий риск преэклампсии наблюдается у пациенток с антифосфолипидным синдромом. Большинство факторов риска развития преэклампсии не являются потенциально устранимыми, кроме взятых условно чрезмерного увеличения веса во время беременности и многоплодной беременности, например, в результате экстракорпорального оплодотворения. По данным некоторых исследователей, определение лабораторных показателей (количество тромбоцитов, уровень креатинина, печеночные маркеры и белок мочи) может помочь выявить риск развития преэклампсии. Изменения абсолютных уровней ангиогенных белков ишемизированного трофобласта VEGF, PlGF, sFlt-1 и sEng в крови и моче матери не только предшествуют началу развития преэклампсии на несколько недель или месяцев, но и коррелируют с тяжестью заболевания и нормализуются после родов, что отражает высокую прогностическую значимость данных факторов риска. Метаанализы показывают, что оценка доплеровского кровотока в маточных артериях также может предсказать риск преэклампсии.

Заключение. В качестве прогностических факторов риска для проведения профилактических мероприятий с высокой долей вероятности оценивается совокупность данных: артериальная гипертензия, антифосфолипидный синдром, ожирение, многоплодная беременность, использование вспомогательных репродуктивных технологий в анамнезе, результаты исследования кровотока в маточных артериях, некоторые лабораторные показатели крови. Поиск новых прогностических факторов риска развития преэклампсии требует проведения дальнейших исследований.

Ключевые слова: профилактика преэклампсии; скрининг; скрининговое исследование; гипертензивные расстройства беременных; факторы риска; эклампсия; беременные.

Контактная информация: Бантьева Марина Николаевна, е-mail: Этот e-mail защищен от спам-ботов. Для его просмотра в вашем браузере должна быть включена поддержка Java-script
Финансирование: исследование не имело спонсорской поддержки.
Конфликт интересов: авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.
Соблюдение этических стандартов. Данный вид исследования не требует прохождения экспертизы локальным этическим комитетом.
Для цитирования: Серенко К.А., Бантьева М.Н. Прогностические факторы риска развития преэклампсии: современный взгляд на проблему (систематический обзор). Социальные аспекты здоровья населения [сетевое издание] 2023; 69(4):13. Режим доступа: http://vestnik.mednet.ru/content/view/1509/30/lang,ru/. DOI: 10.21045/2071-5021-2023-69-4-13

PROGNOSTIC RISK FACTORS OF PREECLAMPSIA: A MODERN VIEW ON THE PROBLEM. SYSTEMATIC REVIEW
1Serenko K.A., 2Banteva M.N.
1Chain of clinics Semeynaya, Moscow, Russian Federation
2Federal Research Institute for Health Organization and Informatics of the Ministry of Health of the Russian Federation, Moscow, Russian Federation

Abstract

Significance Preeclampsia is one of the common complications that significantly affects both pregnancy progress and delivery and the newborn health and can be also frequently followed by the death of mother and baby. This substantiates the need to identify risk factors for predicting preeclampsia

The purpose of the study was to identify prognostic risk factors of preeclampsia.

Material and methods. This systematic review analyzed modern studies on risk factors of preeclampsia and clinical, laboratory and instrumental methods of analysis to identify risk factors of preeclampsia as well as approaches to their assessment. The systematic review was conducted according to the PRISMA guidelines using certain PICO(S) criteria.

Results The risk of preeclampsia should be assessed by risk factors to predict preeclampsia early in gestation. To identify such factors in various studies of Russian and foreign authors, the authors analyzed anamnestic factors and results of laboratory and instrumental diagnostic methods. Thus, a history of elevated blood pressure indicates an increased risk of preeclampsia. The highest risk of preeclampsia is registered in pregnant women with antiphospholipid syndrome. Most risk factors of preeclampsia are not potentially avoidable, except for excessive weight gain during pregnancy and multiple pregnancies, such as IVF.

According to some researchers, the determination of laboratory parameters (platelet count, creatinine level, liver enzymes and urine protein) can help to predict preeclampsia. Changes in the absolute levels of angiogenic proteins of ischemic trophoblast VEGF, PlGF, sFlt-1, and sEng in mother’s blood and urine not only precede the onset of preeclampsia by several weeks or months, but also correlate with the disease severity and normalize after the delivery, suggesting a high prognostic value of this risk factor. Meta-analyses show that Doppler assessment of blood flow in uterine arteries can predict the risk of preeclampsia.

Conclusion. As prognostic risk factors for preventive measures, with a high degree of probability the following set of data should be evaluated: arterial hypertension, antiphospholipid syndrome, obesity, multiple pregnancy, the history of assisted reproductive technologies, assessment results of blood flow in the uterine arteries, some laboratory blood parameters. The search for new predictive risk factors of preeclampsia requires further research.

Keywords: prevention of preeclampsia; screening; hypertensive disorders in pregnant women, risk factors; eclampsia, pregnant women.

Corresponding author: Marina N. Banteva, email: Этот e-mail защищен от спам-ботов. Для его просмотра в вашем браузере должна быть включена поддержка Java-script
Information about authors:
Serenko KA
,
http://orcid.org/0000-0001-6493-779X
Banteva MN, http://orcid.org/0000-0002-2521-4377
Acknowledgments. The study had no sponsorship.
Competing interests. The authors declare the absence of any conflicts of interest regarding the publication of this paper.
For citation: Serenko KA, Banteva MN. Prognostic risk factors of preeclampsia: a modern view on the problem (systematic review). Social'nye aspekty zdorov'a naselenia [serial online] 2023; 69(4):13. Available from: http://vestnik.mednet.ru/content/view/1509/30/lang,ru/. DOI: 10.21045/2071-5021-2023-69-4-13 (In Rus).

Введение

Блок «Отеки, протеинурия и гипертензивные расстройства во время беременности, родов и в послеродовом периоде», представленный в МКБ-10 под кодами О10-О16 включает, в том числе, такие тяжелые осложнения беременности, как гестационная артериальная гипертензия, преэклампсия, эклампсия, которая может осложниться HELLP - синдромом (сочетание гемолиза (H – hemolysis), повышения печеночных ферментов (EL – elevated liver enzymes) и тромбоцитопении (LP – low level platelet)), которые и будут рассмотрены в данной статье под обобщающим названием преэклампсия (ПЭ) [1]. Для данных нозологий характерна высокая заболеваемость, составляющая 7-23%, а также связанная с этим высокая частота перинатальной заболеваемости и перинатальной и материнской смертности, последняя может достигать 15% [2,3,4].

Преэклампсия (ПЭ) - это мультисистемное прогрессирующее заболевание, характеризующееся развитием артериальной гипертензии (АГ) и протеинурии, или АГ и поражением органов-мишеней с протеинурией или без нее во второй половине беременности или послеродовом периоде, анатомически характеризуется изменениями материнских спиральных артерий в месте расположения плаценты. Предпосылки к заболеванию формируются на ранних сроках беременности, существенно влияя на течение беременности и ее исходы [5]. Последнее обстоятельство позволяет допускать существование предрасполагающих факторов или соответствующих изменений в организме беременной женщины уже в первой половине беременности, что может быть выявлено с помощью клинико-диагностических исследований.

В мире гипертензивные осложнения беременности, по данным зарубежных источников, встречаются в 5,2-8,2% случаев, а ПЭ становится причиной более 70000 материнских и 500000 внутриутробных/неонатальных гибелей ежегодно [6]. В России гипертензивные осложнения беременности занимают 4 место в списке причин материнской смертности [6,7]. В связи с этим особое значение приобретает изучение эффективности скрининговых исследований для выявления факторов риска развития ПЭ, что могло бы способствовать профилактике, раннему выявлению и предотвращению тяжелых последствий, влияющих на исходы беременности для матери и новорожденного. Это должно привести к снижению заболеваемости и смертности беременных, рожениц, родильниц и новорожденных, являющихся основой воспроизводства и сохранения популяции, снижению бремени болезней и затрат для государства, в том числе, на медицинское сопровождение, реабилитационные мероприятия, меры социальной поддержки женщин и детей [8].

Исходя из того, что гипертензивные расстройства беременных остаются серьезной проблемой современного акушерства [9], значительно ухудшающими здоровье и повышающими заболеваемость и смертность среди беременных, рожениц, родильниц и новорожденных, выявление прогностических факторов риска развития ПЭ с целью определения групп риска и выработки профилактических мер развития данного грозного осложнения беременности является весьма актуальным.

Цель исследования – обобщить данные о прогностических факторах риска развития преэклампсии на основании анализа источников литературы по проблеме.

Материал и методы

Для получения информации выполнен поиск релевантных исследований, опубликованных в электронных базах PubMed/MEDLINE, CochraneLibrary, Scopus, eLibrary, UpToDate, CyberLeninka, Yandex и Googlе. Стратегию поиска составляли такие ключевые слова и словосочетания на русском и английском языках, как «преэклампсия», «эклампсия», «preeclampsia».

Каждый текст (на английском и русском языках) рассматривался независимо от даты его издания и языка, на котором он опубликован. Отбор осуществлялся путем изучения названий, краткого содержания и полнотекстовых статей. Для выявления, отбора и критической оценки соответствующих исследований использовался систематический метод. Систематический обзор проведен согласно руководству PRISMA и с использованием определенных критериев PICO(S).

Для включения публикации в обзор рассматривались следующие критерии: статья должна содержать информацию о результатах законченных исследований по эффективности анализа факторов риска ПЭ, иметь полнотекстовую версию. Критериями исключения являлись неопубликованные/неиндексированные исследования, неизданная литература, отозванные публикации, исследования, не предлагающие для ознакомления полнотекстовые варианты, не актуальные полнотекстовые работы. В результате поиска найдено 85000 статей, включая дубликаты. На первом этапе исключено 84813 статей, которые являлись дубликатами, неопубликованные/неиндексированные исследования, отозванные публикации и другие материалы, которые, исходя из анализа названий и аннотаций, не изучали предмет исследования. Из 187 отобранных публикаций, 19 не имели полнотекстовой версии и были исключены на этом основании. Все оставшиеся 168 публикаций являлись полнотекстовыми, из которых 88 удалено из-за несоответствия критериям включения: не содержали информацию о результатах законченных исследований по эффективности анализа факторов риска ПЭ. В итоге отобрано 80 публикаций, содержащих анализ скрининговых исследований и факторов риска, а также их эффективность, 63 наиболее значимых из которых легли в основу данного систематического обзора, оставшиеся публикации повторяли выводы, сделанные в источниках, взятых для данного систематического обзора. Результаты отбора публикаций представлены в виде схемы «Предпочтительные элементы отчетности для систематических обзоров и мета-анализов (PRISMA)» с дополнениями (рис. 1).

Рис.1
Рис. 1. Схема отбора публикаций (PRISMA).

Для интерпретации результатов в изученных исследованиях использовались следующие статистические показатели:

  • чувствительность - отражает долю истинно положительных результатов;
  • специфичность - отражает долю истинно отрицательных результатов;
  • отношение шансов (ОШ) – характеристика тесноты связи между признаками;
  • доверительный интервал (ДИ) – интервал значений параметра с надежностью 95%;
  • положительное отношение правдоподобия (+LR) – оценка связи положительного результата исследования и вероятности существования исследуемого состояния;
  • отрицательное отношение правдоподобия (-LR) – оценка связи отрицательного результата исследования и вероятности существования исследуемого состояния.

Результаты

Все беременные находятся в группе риска по развитию ПЭ и должны регулярно проходить определенные обследования, позволяющие своевременно выявлять факторы риска или симптомы развившегося заболевания. Измерение артериального давления (АД) является обязательным исследованием при всех посещениях врача на протяжении всей беременности [10]. К положительным характеристикам данного метода исследования можно отнести отсутствие повреждающего воздействия, легкость проведения, точность измерения, тогда как своевременное распознавание факторов риска, а также профилактика и лечение ПЭ, симптомом которой является повышение АД, благодаря использованию данного метода, может снизить материнскую и перинатальную заболеваемость и смертность [11]. На ранних сроках беременности у пациенток с высоким риском развития ПЭ точное определение срока беременности, исходного АД и лабораторных показателей (количество тромбоцитов, уровень креатинина, печеночные маркеры и белок мочи) может помочь в дальнейшем диагностировать ПЭ. Необходимо информировать пациенток из группы высокого риска о признаках и симптомах ПЭ и более внимательно следить за ними, особенно на предмет повышения АД, поскольку риск развития ПЭ при систолическом давлении во втором триместре уже от 120 до 129 мм рт.ст. и диастолическом давлении от 80 до 90 мм рт.ст. повышен [12].

Для раннего выявления ПЭ необходимы не только измерение АД на приеме врача, но и самоконтроль АД. В двух крупных рандомизированных исследованиях, сравнивающих эффект самоконтроля АД с наблюдением врачом во время беременности, самоконтроль с помощью телемониторинга не привел к значительно более раннему выявлению АГ или к снижению частоты тяжелой АГ или ПЭ [13,14]. В одном исследовании участвовали пациентки с АГ (в том числе гестационной), а в другом - пациентки с более высоким риском развития ПЭ за исключением пациенток с АГ (в том числе гестационной). Примерно у 30% участниц наблюдались расхождения между показателями АД дома и в клинике, что расценивалось как гипертония белого халата. Этим пациенткам самоконтроль может быть полезен, чтобы избежать ненужных дополнительных обследований и лечения.

На основании определения риска ПЭ принимается решение по усилению наблюдения за беременностью и/или профилактическим мерам, таким как прием низких доз аспирина (НДА). В США критерии USPSTF (Preventive Services Task Force) для пациентов с высоким риском развития ПЭ обычно используются для количественной оценки риска и отбора кандидатов на НДА [15]. В них, в частности, рассматриваются факторы высокого риска (ПЭ в анамнезе, многоплодная беременность, АГ, прегестационный сахарный диабет [СД], заболевание почек, аутоиммунное заболевание, комбинация факторов умеренного риска) и факторы умеренного риска (первая беременность, ожирение, наследственность по ПЭ, отношение к негроидной расе, низкий доход, возраст старше 35 лет, ЗРП, неблагоприятный исход беременности в анамнезе, беременность в результате применения экстракорпорального оплодотворения (ЭКО) с переносом эмбриона). Наличие одного фактора высокого риска или двух факторов умеренного риска предполагает назначение НДА. В Великобритании Национальный институт передового опыта в области здравоохранения (NICE) разработал аналогичный список [16], где выделяются факторы высокого риска (артериальная гипертензия при предыдущей беременности, хроническая болезнь почек, аутоиммунное заболевания (такое как антифосфолипидный синдром, системная красная волчанка), СД, АГ) и факторы умеренного риска (первая беременность, возраст старше 40 лет, интервал выше 10 лет между беременностями, ИМТ свыше 35, ПЭ в анамнезе, многоплодная беременность). В России же прием аспирина для профилактики ПЭ не является зарегистрированным показанием для препарата, более того, беременность прописана как противопоказание для его приема, однако в соответствии с клиническими рекомендациями от 24.06.2021 г. [1] беременным группы высокого риска ПЭ рекомендуется назначать пероральный прием ацетилсалициловой кислоты с 12 недель беременности до 36 недель беременности по 150 мг/день.

В метаанализе когортных исследований, включавших ≥1000 пациенток, у которых оценивался риск ПЭ на сроке беременности ≤16 недель (92 исследования, >25 миллионов беременностей), самая высокая частота ПЭ (совокупный показатель 17,3%, совокупный относительный риск [ОР] 2,8) и самый высокий риск ПЭ наблюдались у пациенток с антифосфолипидным синдромом (АФС), а самый высокий относительный риск ПЭ (суммарный показатель 12%, суммарный ОР 8,4) наблюдался у пациенток с этим заболеванием в анамнезе [17].

Другие важные факторы риска включали АГ (общий показатель 16,0%, общий ОР 5,1), диагностированный (гестационный) сахарный диабет (общий показатель 11,0%, общий ОР 3,7), ИМТ до беременности >30 кг/м2 (общий показатель 7,1%, общий ОР 2,8), многоплодную беременность (общий показатель 6,4%, ОР 2,9) и использование вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ) (совокупный показатель 6,2%, ОР 1,8).

Исследования на животных и людях свидетельствуют о том, что нарушение экспрессии модуляторов ангиогенеза влияет на патогенез диффузного повреждения эндотелия и повышенной проницаемости капилляров, которые являются патофизиологическими признаками ПЭ. Эти модуляторы ангиогенеза включают фактор роста эндотелия сосудов (ФРЭС -VEGF) и фактор роста плаценты (ФРП-PlGF), а также два антиангиогенных белка, растворимый эндоглин (РЭ-sEng) и усеченную форму полноразмерного рецептора VEGF типа 1 (Flt-1), известного как растворимая fms-подобная тирозинкиназа 1 (sFlt-1). Ишемизированный трофобласт, характерный для ПЭ, увеличивает выработку антиангиогенных белков (sEng, sFlt1) и снижает выработку ангиогенных белков (VEGF, PlGF). Изменения абсолютных уровней VEGF, PlGF, sFlt-1 и sEng [18-29] в крови и моче матери не только предшествуют началу ПЭ на несколько недель или месяцев, но и коррелируют с тяжестью заболевания и нормализуются после родов, что отражает высокую прогностическую значимость данных факторов риска. Однако не было доказано, что уровни этих факторов в крови и моче клинически полезны именно для раннего прогнозирования ПЭ. Соотношение sFlt-1:PlGF может быть лучшим тестом для прогнозирования ПЭ и неблагоприятных исходов ПЭ, но мало информативно на ранних сроках беременности.

В систематическом обзоре, оценивающем соотношение sFlt-1:PlGF в крови для прогнозирования ПЭ (15 исследований, 534 случая ПЭ и 19 587 контрольных), чувствительность составила 80% (95% ДИ 0,68-0,88), специфичность 92% (95% ДИ 0,87-0,96), положительный коэффициент правдоподобия 10,5 (95% ДИ 6,2-18,0) и отрицательный коэффициент правдоподобия 0,22 (95% ДИ 0,13-0,35) [30]. Однако все эти женщины находились на сроке беременности не менее 20 недель. Авторы отметили, что уровни этих маркеров у пациенток, у которых развивается ПЭ, существенно не изменяются до второй половины беременности, а основные изменения происходят в третьем триместре. Выяснилось, что тест на соотношение sFlt-1:PlGF может быть использован в качестве инструмента для краткосрочного прогнозирования ПЭ и помощи в диагностике у пациентов высокого риска или среди пациенток с подозрением на ПЭ, но рекомендуется использовать тест между 20+0 и 36+6 неделями беременности [31]. Обсуждалось, что он также может быть использован у пациенток на сроке выше 37 недель при подозрении на ПЭ или в качестве последующего наблюдения для оценки нарушений маточно-плацентарного кровотока.

Результаты исследования сывороточного PIGF в отношении прогнозирования ПЭ схожи. В метаанализе 40 исследований (3189 случаев ПЭ, более 89 000 контрольных) ОШ развития ПЭ составило 9 (95% ДИ 6-13) [32]. Прогностические значения были самыми высокими для уровней PlGF между 80 и 120 пг/мл (ОШ 25, 95% ДИ 7-88; чувствительность: 78%, 95% ДИ 67-86; специфичность: 88%, 95% ДИ 75-95; положительное отношение правдоподобия: 6,3, 95% ДИ 2,7-14,7; отрицательное отношение правдоподобия 0,26, 95% ДИ 0,16-0,42). Важно отметить, что тест показал наилучшие результаты после 14 недель беременности (OШ 10, 95% ДИ 7-15) и для прогнозирования раннего начала ПЭ (OШ 18, 95% ДИ 9-37).

Определение PlGF в моче на ранних сроках беременности в качестве скринингового теста малоинформативно. Исследование «случай-контроль» оценивало PlGF мочи для прогнозирования ПЭ с использованием сохраненных образцов мочи участниц, включенных в исследование «Кальций для профилактики преэклампсии», здоровых нерожавших женщин с одноплодной беременностью, наблюдавшихся с 13 - 21 недели беременности до 24 часов после родов [33]. Образцы мочи были взяты до начала исследования, на 26-29 неделе беременности, на 36 неделе и в начале ПЭ. Исходные уровни PlGF в моче на сроке от 8 до 21 недели беременности у беременных существенно не отличались. Тем не менее, тест предсказывал наличие ПЭ на поздних сроках беременности. У пациенток, у которых в дальнейшем развилась ПЭ, уровни PlGF были ниже, чем в контрольной группе, на каждом интервале отбора проб с 25 недель до начала заболевания. На сроке от 21 до 32 недель концентрация PlGF в самом низком квартиле (менее 118 пг/мл) была прогностической для развития ранней ПЭ (OШ 22,5, 95% ДИ 7,4-67,8), но менее значимой для поздней ПЭ (OШ 2,2, 95% ДИ 1,2-4,3). Соотношение экскреторных фракций модуляторов ангиогенеза может быть информативней их абсолютных уровней в моче для выявления риска развития ПЭ [34].

Анализ сыворотки крови матери является важным компонентом программ скрининга на синдром Дауна. Изменения в концентрации некоторых веществ в сыворотке крови матери (например, связанного с беременностью белка плазмы A [PAPP-A]) и отклонения в циркулирующей внеклеточной ДНК и микро-РНК в первом и втором триместрах также являются предикторами неблагоприятных исходов беременности, включая ПЭ [35]. Эти биомаркеры могут быть использованы в моделях прогнозирования риска.

Метаанализы показывают, что допплеровский кровоток в маточных артериях может предсказать риск ПЭ [36], но многие эксперты не рекомендуют проводить эти исследования для скрининга на ранних сроках беременности: частота ложноположительных результатов довольно высока, что приводит к чрезмерному беспокойству беременных и затратам на медицинское обслуживание [37]. Сопротивление кровотока в маточных артериях обычно уменьшается по мере прогрессирования беременности. Повышенный импеданс для гестационного срока является ранним признаком ПЭ и, вероятно, отражает высокое сопротивление из-за нарушения дифференцировки трофобласта. Для прогнозирования ПЭ, а также других расстройств, связанных с нарушением плацентации (например, задержка роста плода, невынашивание и недонашивание беременности), появились два типа допплерометрических техник исследования маточных артерий: (1) наличие или отсутствие диастолического сужения (одностороннего, двустороннего) аркуатных сосудов матки и (2) оценка параметров кровотока (например, индекса резистентности, пульсационного индекса и систоло-диастолического отношения).

Скорость кровотока в маточных артериях для прогнозирования ПЭ была изучена в систематическом обзоре 74 исследований, включавшем почти 80 000 участниц. В этих исследованиях были задействованы 15 показателей допплерографии маточных артерий и пациентки с низким или высоким риском развития ПЭ. Ультразвуковое допплерографическое исследование маточных артерий было более точным для прогнозирования ПЭ во втором триместре, чем в первом. У пациенток с высоким риском развития ПЭ общий риск ПЭ был лучше всего предсказан по повышению пульсационного индекса во втором триместре беременности, сопровождающемуся сужением маточной артерии (чувствительность 19%, специфичность 99%, коэффициент положительного правдоподобия [+LR] 21, коэффициент отрицательного правдоподобия [-LR] 0,82), а риск тяжелой ПЭ лучше всего предсказывался повышенным индексом резистентности во втором триместре (чувствительность 80%, специфичность 78 %, +LR 3,7, -LR 0,26).

Исследования кровотока маточных артерий для прогнозирования ПЭ трудно сравнивать, поскольку исследователи использовали различные варианты определения формы волны аномальной скорости кровотока, срока беременности при обследовании и критерии диагностики ПЭ. Как правило, результаты допплерографии маточных артерий интерпретируются не сами по себе, а скорее в сочетании с другими клиническими/демографическими факторами риска, сывороточными биомаркерами и другими ультразвуковыми измерениями, такими как трехмерные измерения объема плаценты. Возможна оценка маточного кровотока с помощью МРТ и других более сложных технологий.

В период пандемии заражение SARS-CoV-2 во время беременности также было связано с повышенным риском ПЭ [38]. Выявление высокого риска развития ПЭ диктует необходимость тщательного наблюдения и условий для родовспоможения данной категории пациенток [39,40].

Также исследовалась роль мочевой кислоты, как фактора развития ПЭ [41]. Хотя гиперурикемия обычно наблюдается у пациенток с ПЭ, систематический обзор пяти исследований показал, что измерение мочевой кислоты в сыворотке крови до 25 недель беременности не было информативным для прогнозирования риска развития ПЭ. В одном исследовании в качестве критерия положительного результата теста использовалось повышение концентрации мочевой кислоты в сыворотке крови выше исходного уровня, в то время как в других четырех исследованиях использовались пороговые значения выше 3,5-4 мг/дл (0,21-0,24 ммоль/л) в качестве порогового значения для положительного теста (чувствительность 0 - 56 %, специфичность - 77 - 95 %). Данные не были объединены из-за методологической неопределенности и клинических различий между исследованиями. Аналогичным образом второй систематический обзор пришел к выводу, что определение уровня мочевой кислоты в сыворотке крови не было полезным для прогнозирования развития осложнений у пациенток с ПЭ, хотя оно может быть полезно для прогнозирования продолжительности латентного периода от постановки диагноза до родов [41].

Скрининг беременных на наследственные тромбофилии также не эффективен для прогнозирования лиц с высоким риском развития заболевания. Масса доказательств, включая данные проспективных когортных исследований [42,43], указывает на то, что наследственные тромбофилии (такие как мутация фактора V Лейдена, мутация гена протромбина, дефицит белка C или S и дефицит антитромбина) не связаны с ПЭ. АФС связан с развитием тяжелой ранней ПЭ. Профилактика как НДА, так и гепарином в профилактических дозах, начинающаяся в конце первого триместра и продолжающаяся на протяжении всей беременности, может снизить частоту осложнений беременности (включая ПЭ) и улучшить исход беременности у пациенток с АФС. Однако скрининг беременных на наличие антифосфолипидных антител бесполезен.

Ряд скрининговых тестов также был признан бесполезным для прогнозирования ПЭ. Отклонения в сосудистой реакции провокационных биофизических тестов легли в основу нескольких скрининговых тестов для выявления беременных, подверженных риску развития ПЭ. Ни один из них (тест на определение уровня ангиотензина II, тест на переворачивание (прессорный тест лежа на спине) [44], тест с изометрической нагрузкой (тест на хват руками) [45]) в настоящее время не используется клинически, поскольку они дороги, отнимают много времени и, самое главное, ненадежны.

Физиологические особенности беременной, результаты ультразвукового допплерографического исследования и биомаркеры в крови могут быть связаны с риском развития ПЭ. Каждый фактор риска рассматривается как отдельный скрининговый тест, и предполагается, что большее количество факторов риска сопряжено с более высоким риском развития ПЭ. Исследователи использовали эти переменные в логистическом регрессионном анализе для создания инструмента для прогнозирования риска развития ПЭ у конкретной женщины на ранних сроках беременности (например, калькулятор риска развития ПЭ Фонда фетальной медицины [FMF] в рамках программы Astraia [46]). В исследованиях комбинированных алгоритмов скрининга FMF London и Fetal Medicine Barcelona в первом триместре для прогнозирования ранней ПЭ результат подтверждался у 75 – 92% при положительном результате скрининга в 10% [47]. Обычно требуется определение среднего АД, ультразвукового допплерографического исследования на 11-13 неделе для выявления пульсационного индекса маточных артерий, опыт экспертизы врача ультразвуковой диагностики, дополнительных лабораторных исследований (например, PAPP-A в сыворотке крови и фактора роста плаценты в сыворотке крови), что составляет дополнительные затраты [48]. Беременным группы высокого риска, следует рекомендовать воздействовать на любой поддающийся изменению фактор риска. Также пациенток необходимо проинформировать о симптомах ПЭ, чтобы они своевременно уведомили своего лечащего врача о начале клинических проявлений. Некоторые клиницисты также назначают этим пациенткам НДА [15,16].

Большинство факторов риска развития ПЭ не являются потенциально регулируемыми, кроме чрезмерного увеличения веса во время беременности и многоплодной беременности в результате ЭКО. Пациентки с ожирением могут снизить риск развития ПЭ, снизив вес перед беременностью и стараясь не сильно его набирать во время нее. Для пациенток, проходящих терапию бесплодия с использованием только ЭКО или индукции овуляции, могут быть рекомендованы различные методы для снижения вероятности многоплодной беременности [49].

Поскольку распространенность ПЭ среди беременных относительно невелика (1-7%), тесту требуется высокая чувствительность и специфичность, чтобы точно предсказать или исключить развитие заболевания, однако таковые до сих пор не были найдены [50-58]. Выявленные факторы риска предсказывают развитие ПЭ лишь приблизительно у 30% беременных [59], активно изучается использование лабораторных и инструментальных исследований (например, ультразвуковой диагностики) в сочетании с выявлением факторов риска для расчета риска развития ПЭ у пациентки. Американский колледж акушеров и гинекологов рекомендует собрать подробную историю болезни и оценить АД, чтобы выявить риск развития ПЭ у пациентки. Однако существующие модели прогнозирования риска имеют низкую положительную прогностическую ценность, что вызывает беспокойство у многих беременных по поводу нарушения, которое у них не разовьется, но подвергнет их бесполезным тестам и вмешательствам [60]. Одной из причин низкой прогностической ценности может быть недостаточный учет факторов, снижающих риск, таких как предыдущая нормотензивная беременность. Другая причина может заключаться в том, что не проводится различия между ПЭ с ранним и поздним началом, которые имеют разные риски и частоту рецидивов.

Риск ПЭ преимущественно оценивался на основании факторов риска, а не на лабораторных тестах и клинических данных, поскольку результаты этих тестов на ранних сроках беременности не позволяют достоверно выделить пациенток, у которых в дальнейшем разовьется ПЭ, от тех, у кого ее не будет (низкая положительная прогностическая ценность) [61-63]. В дополнение к оценке факторов риска важно раннее клиническое выявление заболевания, поэтому все беременные обследуются на предмет ПЭ при проведении осмотров во время беременности. Ранняя диагностика может улучшить материнские и перинатальные исходы за счет обеспечения надлежащего ведения (например, кортикостероиды при нарушениях со стороны легких плода, лечение тяжелой артериальной гипертензии, введение противосудорожных препаратов для предотвращения судорог).

Заключение

Преэклампсия является одним из ведущих заболеваний или состояний, которое существенно влияет не только на заболеваемость среди беременных, рожениц, родильниц и новорожденных, но и не редко выступает причиной гибели данных пациентов. В связи с этим особую актуальность приобретает необходимость определения эффективных показателей для прогнозирования развития преэклампсии и эклампсии у беременных с последующим формированием групп риска для применения своевременных профилактических мероприятий уже с ранних сроков беременности.

На сегодняшний день не существует абсолютного, на 100% точного, скринингового метода на развитие ПЭ. При этом, согласно полученным данным, прогностическими факторами риска развития ПЭ с высокой долей вероятности являются следующие критерии: выявленные при обследовании или обнаруженные анамнестически артериальная гипертензия, антифосфолипидный синдром, ожирение, многоплодная беременность, использование вспомогательных репродуктивных технологий, результаты исследования кровотока в маточных артериях, а также некоторые лабораторные показатели.

Поиск новых прогностических факторов риска развития ПЭ требует проведения дальнейших исследований.

Библиография

  1. Ходжаева З.С., Шмаков Р.Г., Савельева Г.М., Пырегов А.В., Шифман Е.М., Долгушина Н.В. и др. Преэклампсия. Эклампсия. Отеки, протеинурия и гипертензивные расстройства во время беременности, в родах и послеродовом периоде. Клинические рекомендации. Москва: МЗ РФ; 2021. 79с.
  2. Ковалев В. В., Лаврентьева И.В., Кудрявцева Е.В. Гипертензивные состояния при беременности. Учебное пособие. Екатеринбург: УГМУ; 2019. 60 с.
  3. Цхай В.Б., Яметова Н.М., Домрачева М.Я. Современные теории патогенеза преэклампсии. Проблема функциональных нарушений гепатобилиарной системы у беременных. Акушерство, гинекология и репродукция 2017; 11(1): 49-55. DOI: 10.17749/2313-7347.2017.11.1.049-055.
  4. Ghulmiyyah L., Sibai B. Maternal mortality from preeclampsia/eclampsia. Seminars in perinatology. WB Saunders 2012; 36(1): 56-59.
  5. Norwitz E., Bellussi F. Early pregnancy prediction of preeclampsia. UpToDate 2018; Available from: https://medilib.ir/uptodate/show/6750 (Date accessed: June 30, 2023)
  6. Сюндюкова Е.Г., Чулков В.С., Рябикина М.Г. Преэклампсия: современное состояние проблемы. Доктор.Ру 2021; 20(1): 11-16. DOI: 10.31550/1727-2378-2021-20-1-11-16.
  7. Поликарпов А.В., Александрова Г.А., Голубев Н.А., Тюрина Е.М., Огрызко Е.В., Шелепова Е.А. и др. Основные показатели здоровья матери и ребенка, деятельность службы охраны детства и родовспоможения в Российской Федерации. Статистические материалы. 2018. М.; 2019. 172с.
  8. Погосова Н.В., Юферева Ю.М., Самородская И.В., Бойцов С.А. Профилактический скрининг: все за и против. Кардиоваскулярная терапия и профилактика 2016; 15(3): 4-13. DOI: 10.15829/1728-8800-2016-3-4-13
  9. Игнатко И.В., Щепеткова Г.С., Мирющенко М.М. Прогнозирование перинатальных осложнений у беременных с избыточной массой тела и ожирением. Международный научно-исследовательский журнал 2014; (8-3): 25-28.
  10. US Preventive Services Task Force, Bibbins-Domingo K, Grossman DC, et al. Screening for Preeclampsia: US Preventive Services Task Force Recommendation Statement. JAMA 2017; 317: 1661–1667. DOI: 10.1001/jama.2017.3439
  11. Henderson JT, Thompson JH, Burda BU, Cantor A. Preeclampsia Screening: Evidence Report and Systematic Review for the US Preventive Services Task Force. JAMA 2017; 317:1668.
  12. Liu Y, Meng Q. Risk of gestational hypertension and preeclampsia in pregnant women with new onset blood pressure of 120-129/≤89 mmHg: a meta-analysis of prospective studies. Hypertens Pregnancy 2022; 41:1.
  13. Chappell LC, Tucker KL, Galal U, et al. Effect of Self-monitoring of Blood Pressure on Blood Pressure Control in Pregnant Individuals With Chronic or Gestational Hypertension: The BUMP 2 Randomized Clinical Trial. JAMA 2022; 327:1666.
  14. Tucker KL, Mort S, Yu LM, et al. Effect of Self-monitoring of Blood Pressure on Diagnosis of Hypertension During Higher-Risk Pregnancy: The BUMP 1 Randomized Clinical Trial. JAMA 2022; 327:1656.
  15. US Preventive Services Task Force, Davidson KW, Barry MJ, et al. Aspirin Use to Prevent Preeclampsia and Related Morbidity and Mortality: US Preventive Services Task Force Recommendation Statement. JAMA 2021; 326:1186.
  16. Hypertension in pregnancy. NICE 2013. Available from: https://www.nice.org.uk/guidance/qs35/chapter/quality-statement-2-antenatal-assessment-of-pre-eclampsia-risk#what-the-quality-statement-means-for-service-providers-healthcare-practitioners-and-commissioners-2 (Date accessed: June 30, 2023).
  17. Bartsch E, Medcalf KE, Park AL, et al. Clinical risk factors for pre-eclampsia determined in early pregnancy: systematic review and meta-analysis of large cohort studies. BMJ 2016; 353:i1753. DOI: https://doi.org/10.1136/bmj.i1753
  18. Levine RJ, Maynard SE, Qian C, et al. Circulating angiogenic factors and the risk of preeclampsia. N Engl J Med 2004; 350:672-83. DOI: 10.1056/NEJMoa031884
  19. Lam C, Lim KH, Karumanchi SA. Circulating angiogenic factors in the pathogenesis and prediction of preeclampsia. Hypertension 2005; 46:1077-85. DOI: 10.1161/01.HYP.0000187899.34379.b0
  20. Chaiworapongsa T, Romero R, Kim YM, et al. Plasma soluble vascular endothelial growth factor receptor-1 concentration is elevated prior to the clinical diagnosis of pre-eclampsia. J Matern Fetal Neonatal Med 2005; 17:3.
  21. Chaiworapongsa T, Romero R, Tarca AL, et al. A decrease in maternal plasma concentrations of sVEGFR-2 precedes the clinical diagnosis of preeclampsia. Am J Obstet Gynecol 2010; 202:550.e1.
  22. Maynard SE, Min JY, Merchan J, et al. Excess placental soluble fms-like tyrosine kinase 1 (sFlt1) may contribute to endothelial dysfunction, hypertension, and proteinuria in preeclampsia. J Clin Invest 2003; 111:649.
  23. Wolf M, Shah A, Lam C, et al. Circulating levels of the antiangiogenic marker sFLT-1 are increased in first versus second pregnancies. Am J Obstet Gynecol 2005; 193:16.
  24. Venkatesha S, Toporsian M, Lam C, et al. Soluble endoglin contributes to the pathogenesis of preeclampsia. Nat Med 2006; 12:642.
  25. Luft FC. Soluble endoglin (sEng) joins the soluble fms-like tyrosine kinase (sFlt) receptor as a pre-eclampsia molecule. Nephrol Dial Transplant 2006; 21:3052.
  26. AbdAlla S, Lother H, el Massiery A, Quitterer U. Increased AT(1) receptor heterodimers in preeclampsia mediate enhanced angiotensin II responsiveness. Nat Med 2001; 7:1003.
  27. Levine RJ, Lam C, Qian C, et al. Soluble endoglin and other circulating antiangiogenic factors in preeclampsia. N Engl J Med 2006; 355:992.
  28. Moore Simas TA, Crawford SL, Solitro MJ, et al. Angiogenic factors for the prediction of preeclampsia in high-risk women. Am J Obstet Gynecol 2007; 197:244.e1.
  29. Robinson CJ, Johnson DD. Soluble endoglin as a second-trimester marker for preeclampsia. Am J Obstet Gynecol 2007; 197(2):174.e1-5. DOI: 10.1016/j.ajog.2007.03.058
  30. Agrawal S, Cerdeira AS, Redman C, Vatish M. Meta-Analysis and Systematic Review to Assess the Role of Soluble FMS-Like Tyrosine Kinase-1 and Placenta Growth Factor Ratio in Prediction of Preeclampsia: The SaPPPhirE Study. Hypertension 2018; 71(2):306-316. DOI: 10.1161/HYPERTENSIONAHA.117.10182
  31. Verlohren S, Brennecke SP, Galindo A, et al. Clinical interpretation and implementation of the sFlt-1/PlGF ratio in the prediction, diagnosis and management of preeclampsia. Pregnancy Hypertens 2022; 27:42.
  32. Agrawal S, Shinar S, Cerdeira AS, et al. Predictive Performance of PlGF (Placental Growth Factor) for Screening Preeclampsia in Asymptomatic Women: A Systematic Review and Meta-Analysis. Hypertension 2019; 74:1124.
  33. Levine RJ, Hauth JC, Curet LB, et al. Trial of calcium to prevent preeclampsia. N Engl J Med 1997; 337:69.
  34. Zeisler H, Llurba E, Chantraine F, et al. Predictive Value of the sFlt-1:PlGF Ratio in Women with Suspected Preeclampsia. N Engl J Med 2016; 374:13.
  35. Moufarrej MN, Vorperian SK, Wong RJ, et al. Early prediction of preeclampsia in pregnancy with cell-free RNA. Nature 2022; 602:689.
  36. Velauthar L, Plana MN, Kalidindi M, et al. First-trimester uterine artery Doppler and adverse pregnancy outcome: a meta-analysis involving 55,974 women. Ultrasound Obstet Gynecol 2014; 43:500.
  37. Myatt L, Clifton RG, Roberts JM, et al. The utility of uterine artery Doppler velocimetry in prediction of preeclampsia in a low-risk population. Obstet Gynecol 2012; 120:815.
  38. Conde-Agudelo A, Romero R. SARS-CoV-2 infection during pregnancy and risk of preeclampsia: a systematic review and meta-analysis. Am J Obstet Gynecol 2022; 226:68.
  39. Milne F, Redman C, Walker J, et al. The pre-eclampsia community guideline (PRECOG): how to screen for and detect onset of pre-eclampsia in the community. BMJ 2005; 330:576.
  40. Society of Obstetricians and Gynaecologists of Canada. SOGC clinical practice guideline No. 307. Diagnosis, evaluation, and management of the hypertensive disorders of pregnancy: Executive summary. Available from: http://sogc.org/wp-content/uploads/2014/05/gui307CPG1405Erev.pdf (Date accessed: June 27, 2023).
  41. Thangaratinam S, Ismail KM, Sharp S, et al. Accuracy of serum uric acid in predicting complications of pre-eclampsia: a systematic review. BJOG 2006; 113:369.
  42. Dizon-Townson D, Miller C, Sibai B, et al. The relationship of the factor V Leiden mutation and pregnancy outcomes for mother and fetus. Obstet Gynecol 2005; 106:517.
  43. Silver R. M. et al. Prothrombin gene G20210A mutation and obstetric complications. Obstetrics and gynecology 2010; 115 (1):14.
  44. Dekker GA, Makovitz JW, Wallenburg HC. Prediction of pregnancy-induced hypertensive disorders by angiotensin II sensitivity and supine pressor test. Br J Obstet Gynaecol 1990; 97:817.
  45. Tomoda S, Kitanaka T, Ogita S, Hidaka A. Prediction of pregnancy-induced hypertension by isometric exercise. Asia Oceania J Obstet Gynaecol 1994; 20:249.
  46. The fetal medicine foundation. Risk for preeclampsia. Available from: https://fetalmedicine.org/research/assess/preeclampsia (Date accessed: June 21, 2023).
  47. Mosimann B, Amylidi-Mohr SK, Surbek D, Raio L. First trimester screening for preeclampsia - a systematic review. Hypertens Pregnancy 2020; 39:1.
  48. Rolnik DL, Wright D, Poon LC, et al. Aspirin versus Placebo in Pregnancies at High Risk for Preterm Preeclampsia. N Engl J Med 2017; 377:613.
  49. Шурыгина О.В., Тугушев М.Т., Байзарова А.А., Сараева Н.В. Витрификация гамет и эмбрионов-эффективный инструмент повышения результативности программ вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ). Современные проблемы науки и образования 2016; 4: Available from: https://science-education.ru/ru/article/view?id=24955. (Date accessed: June 20, 2023)
  50. Cnossen JS, ter Riet G, Mol BW, et al. Are tests for predicting pre-eclampsia good enough to make screening viable? A review of reviews and critical appraisal. Acta Obstet Gynecol Scand 2009; 88:758.
  51. Conde-Agudelo A, Villar J, Lindheimer M. World Health Organization systematic review of screening tests for preeclampsia. Obstet Gynecol 2004; 104:1367.
  52. Briceño-Pérez C, Briceño-Sanabria L, Vigil-De Gracia P. Prediction and prevention of preeclampsia. Hypertens Pregnancy 2009; 28:138.
  53. Meads CA, Cnossen JS, Meher S, et al. Methods of prediction and prevention of pre-eclampsia: systematic reviews of accuracy and effectiveness literature with economic modelling. Health Technol Assess 2008; 12:iii.
  54. Townsend R, Khalil A, Premakumar Y, et al. Prediction of pre-eclampsia: review of reviews. Ultrasound Obstet Gynecol 2019; 54:16.
  55. Snell KIE, Allotey J, Smuk M, et al. External validation of prognostic models predicting pre-eclampsia: individual participant data meta-analysis. BMC Med 2020; 18:302.
  56. Poon LC, Shennan A, Hyett JA, et al. The International Federation of Gynecology and Obstetrics (FIGO) initiative on pre-eclampsia: A pragmatic guide for first-trimester screening and prevention. Int J Gynaecol Obstet 2019; 145 Suppl 1:1.
  57. Myatt L. The prediction of preeclampsia: the way forward. Am J Obstet Gynecol 2022; 226:S1102.
  58. Chaemsaithong P, Sahota DS, Poon LC. First trimester preeclampsia screening and prediction. Am J Obstet Gynecol 2022; 226:S1071.
  59. Leslie K, Thilaganathan B, Papageorghiou A. Early prediction and prevention of pre-eclampsia. Best Pract Res Clin Obstet Gynaecol 2011; 25:343.
  60. Allotey J, Snell KI, Smuk M, et al. Validation and development of models using clinical, biochemical and ultrasound markers for predicting pre-eclampsia: an individual participant data meta-analysis. Health Technol Assess 2020; 24:1.
  61. Angeli F, Angeli E, Reboldi G, Verdecchia P. Hypertensive disorders during pregnancy: clinical applicability of risk prediction models. J Hypertens 2011; 29:2320.
  62. Myatt L, Clifton RG, Roberts JM, et al. First-trimester prediction of preeclampsia in nulliparous women at low risk. Obstet Gynecol 2012; 119:1234.
  63. Gestational Hypertension and Preeclampsia: ACOG Practice Bulletin, Number 222. Obstet Gynecol 2020; 135:e237.

References

  1. Hodzhaeva Z.S., SHmakov R.G., Savel'eva G.M., Pyregov A.V., SHifman E.M., Dolgushina N.V., et al. Preeklampsiya. Eklampsiya. Oteki, proteinuriya i gipertenzivnye rasstrojstva vo vremya beremennosti, v rodah i poslerodovom periode. Klinicheskie rekomendacii [Preeclampsia. Eclampsia. Edema, proteinuria and hypertensive disorders during pregnancy, childbirth and the postpartum period. Clinical guidelines.]. Moskva: MZ RF; 2021. 79р. (In Rus.).
  2. Kovalev V. V., Lavrent'eva I.V., Kudryavceva E.V. Gipertenzivnye sostoyaniya pri beremennosti. Uchebnoye posobiye [Hypertensive conditions during pregnancy. Tutorial.]. Ekaterinburg: UGMU; 2019. 60 р. (In Rus.).
  3. Ckhaj V.B., YAmetova N.M., Domracheva M.YA. Current concepts in the pathogenesis of pre-eclampsia. Hepatobiliary system functional disorders in pregnant women. Akusherstvo, ginekologiya i reprodukciya 2017; 11 (1): 49-55. DOI: 10.17749/2313-7347.2017.11.1.049-055. (In Rus.).
  4. Ghulmiyyah L., Sibai B. Maternal mortality from preeclampsia/eclampsia. Seminars in perinatology. WB Saunders 2012; 36(1): 56-59.
  5. Norwitz E., Bellussi F. Early pregnancy prediction of preeclampsia. UpToDate 2018; Available from: https://medilib.ir/uptodate/show/6750 (Date accessed: June 30, 2023)
  6. Syundyukova E.G., CHulkov V.S., Ryabikina M.G. Preeclampsia: The Modern State of the Problem. Doktor.Ru 2021; 20(1): 11-16. DOI: 10.31550/1727-2378-2021-20-1-11-16. (In Rus.).
  7. Polikarpov A.V., Aleksandrova G.A., Golubev N.A., Tyurina E.M., Ogryzko E.V., SHelepova E.A., et al. Osnovnye pokazateli zdorov'ya materi i rebenka, deyatel'nost' sluzhby ohrany detstva i rodovspomozheniya v Rossijskoj Federacii. Statisticheskie materialy [The main indicators of maternal and child health, the activities of the child protection and obstetric services in the Russian Federation. Statistical materials]. 2018. Moskva; 2019. 172р. (In Rus.).
  8. Pogosova N.V., YUfereva YU.M., Samorodskaya I.V., Bojcov S.A. Preventional screening: all pros and contras. Kardiovaskulyarnaya terapiya i profilaktika 2016; 15(3): 4-13. DOI: 10.15829/1728-8800-2016-3-4-13. (In Rus.).
  9. Ignatko I.V., SHCHepetkova G.S., Miryushchenko M.M. Prediction of the perinatal complications in pregnant women with overweight and obesity. Mezhdunarodnyj nauchno-issledovatel'skij zhurnal 2014; (8-3): 25-28. (In Rus.).
  10. US Preventive Services Task Force, Bibbins-Domingo K, Grossman DC, et al. Screening for Preeclampsia: US Preventive Services Task Force Recommendation Statement. JAMA 2017; 317: 1661–1667. DOI: 10.1001/jama.2017.3439
  11. Henderson JT, Thompson JH, Burda BU, Cantor A. Preeclampsia Screening: Evidence Report and Systematic Review for the US Preventive Services Task Force. JAMA 2017; 317:1668.
  12. Liu Y, Meng Q. Risk of gestational hypertension and preeclampsia in pregnant women with new onset blood pressure of 120-129/≤89 mmHg: a meta-analysis of prospective studies. Hypertens Pregnancy 2022; 41:1.
  13. Chappell LC, Tucker KL, Galal U, et al. Effect of Self-monitoring of Blood Pressure on Blood Pressure Control in Pregnant Individuals With Chronic or Gestational Hypertension: The BUMP 2 Randomized Clinical Trial. JAMA 2022; 327:1666.
  14. Tucker KL, Mort S, Yu LM, et al. Effect of Self-monitoring of Blood Pressure on Diagnosis of Hypertension During Higher-Risk Pregnancy: The BUMP 1 Randomized Clinical Trial. JAMA 2022; 327:1656.
  15. US Preventive Services Task Force, Davidson KW, Barry MJ, et al. Aspirin Use to Prevent Preeclampsia and Related Morbidity and Mortality: US Preventive Services Task Force Recommendation Statement. JAMA 2021; 326:1186.
  16. Hypertension in pregnancy. NICE 2013. Available from: https://www.nice.org.uk/guidance/qs35/chapter/quality-statement-2-antenatal-assessment-of-pre-eclampsia-risk#what-the-quality-statement-means-for-service-providers-healthcare-practitioners-and-commissioners-2 (Date accessed: June 30, 2023).
  17. Bartsch E, Medcalf KE, Park AL, et al. Clinical risk factors for pre-eclampsia determined in early pregnancy: systematic review and meta-analysis of large cohort studies. BMJ 2016; 353:i1753. DOI: https://doi.org/10.1136/bmj.i1753
  18. Levine RJ, Maynard SE, Qian C, et al. Circulating angiogenic factors and the risk of preeclampsia. N Engl J Med 2004; 350:672-83. DOI: 10.1056/NEJMoa031884
  19. Lam C, Lim KH, Karumanchi SA. Circulating angiogenic factors in the pathogenesis and prediction of preeclampsia. Hypertension 2005; 46:1077-85. DOI: 10.1161/01.HYP.0000187899.34379.b0
  20. Chaiworapongsa T, Romero R, Kim YM, et al. Plasma soluble vascular endothelial growth factor receptor-1 concentration is elevated prior to the clinical diagnosis of pre-eclampsia. J Matern Fetal Neonatal Med 2005; 17:3.
  21. Chaiworapongsa T, Romero R, Tarca AL, et al. A decrease in maternal plasma concentrations of sVEGFR-2 precedes the clinical diagnosis of preeclampsia. Am J Obstet Gynecol 2010; 202:550.e1.
  22. Maynard SE, Min JY, Merchan J, et al. Excess placental soluble fms-like tyrosine kinase 1 (sFlt1) may contribute to endothelial dysfunction, hypertension, and proteinuria in preeclampsia. J Clin Invest 2003; 111:649.
  23. Wolf M, Shah A, Lam C, et al. Circulating levels of the antiangiogenic marker sFLT-1 are increased in first versus second pregnancies. Am J Obstet Gynecol 2005; 193:16.
  24. Venkatesha S, Toporsian M, Lam C, et al. Soluble endoglin contributes to the pathogenesis of preeclampsia. Nat Med 2006; 12:642.
  25. Luft FC. Soluble endoglin (sEng) joins the soluble fms-like tyrosine kinase (sFlt) receptor as a pre-eclampsia molecule. Nephrol Dial Transplant 2006; 21:3052.
  26. AbdAlla S, Lother H, el Massiery A, Quitterer U. Increased AT(1) receptor heterodimers in preeclampsia mediate enhanced angiotensin II responsiveness. Nat Med 2001; 7:1003.
  27. Levine RJ, Lam C, Qian C, et al. Soluble endoglin and other circulating antiangiogenic factors in preeclampsia. N Engl J Med 2006; 355:992.
  28. Moore Simas TA, Crawford SL, Solitro MJ, et al. Angiogenic factors for the prediction of preeclampsia in high-risk women. Am J Obstet Gynecol 2007; 197:244.e1.
  29. Robinson CJ, Johnson DD. Soluble endoglin as a second-trimester marker for preeclampsia. Am J Obstet Gynecol 2007; 197(2):174.e1-5. DOI: 10.1016/j.ajog.2007.03.058
  30. Agrawal S, Cerdeira AS, Redman C, Vatish M. Meta-Analysis and Systematic Review to Assess the Role of Soluble FMS-Like Tyrosine Kinase-1 and Placenta Growth Factor Ratio in Prediction of Preeclampsia: The SaPPPhirE Study. Hypertension 2018; 71(2):306-316. DOI: 10.1161/HYPERTENSIONAHA.117.10182
  31. Verlohren S, Brennecke SP, Galindo A, et al. Clinical interpretation and implementation of the sFlt-1/PlGF ratio in the prediction, diagnosis and management of preeclampsia. Pregnancy Hypertens 2022; 27:42.
  32. Agrawal S, Shinar S, Cerdeira AS, et al. Predictive Performance of PlGF (Placental Growth Factor) for Screening Preeclampsia in Asymptomatic Women: A Systematic Review and Meta-Analysis. Hypertension 2019; 74:1124.
  33. Levine RJ, Hauth JC, Curet LB, et al. Trial of calcium to prevent preeclampsia. N Engl J Med 1997; 337:69.
  34. Zeisler H, Llurba E, Chantraine F, et al. Predictive Value of the sFlt-1:PlGF Ratio in Women with Suspected Preeclampsia. N Engl J Med 2016; 374:13.
  35. Moufarrej MN, Vorperian SK, Wong RJ, et al. Early prediction of preeclampsia in pregnancy with cell-free RNA. Nature 2022; 602:689.
  36. Velauthar L, Plana MN, Kalidindi M, et al. First-trimester uterine artery Doppler and adverse pregnancy outcome: a meta-analysis involving 55,974 women. Ultrasound Obstet Gynecol 2014; 43:500.
  37. Myatt L, Clifton RG, Roberts JM, et al. The utility of uterine artery Doppler velocimetry in prediction of preeclampsia in a low-risk population. Obstet Gynecol 2012; 120:815.
  38. Conde-Agudelo A, Romero R. SARS-CoV-2 infection during pregnancy and risk of preeclampsia: a systematic review and meta-analysis. Am J Obstet Gynecol 2022; 226:68.
  39. Milne F, Redman C, Walker J, et al. The pre-eclampsia community guideline (PRECOG): how to screen for and detect onset of pre-eclampsia in the community. BMJ 2005; 330:576.
  40. Society of Obstetricians and Gynaecologists of Canada. SOGC clinical practice guideline No. 307. Diagnosis, evaluation, and management of the hypertensive disorders of pregnancy: Executive summary. Available from: http://sogc.org/wp-content/uploads/2014/05/gui307CPG1405Erev.pdf (Date accessed: June 27, 2023).
  41. Thangaratinam S, Ismail KM, Sharp S, et al. Accuracy of serum uric acid in predicting complications of pre-eclampsia: a systematic review. BJOG 2006; 113:369.
  42. Dizon-Townson D, Miller C, Sibai B, et al. The relationship of the factor V Leiden mutation and pregnancy outcomes for mother and fetus. Obstet Gynecol 2005; 106:517.
  43. Silver R. M. et al. Prothrombin gene G20210A mutation and obstetric complications. Obstetrics and gynecology 2010; 115(1):14.
  44. Dekker GA, Makovitz JW, Wallenburg HC. Prediction of pregnancy-induced hypertensive disorders by angiotensin II sensitivity and supine pressor test. Br J Obstet Gynaecol 1990; 97:817.
  45. Tomoda S, Kitanaka T, Ogita S, Hidaka A. Prediction of pregnancy-induced hypertension by isometric exercise. Asia Oceania J Obstet Gynaecol 1994; 20:249.
  46. The fetal medicine foundation. Risk for preeclampsia. Available from: https://fetalmedicine.org/research/assess/preeclampsia (Date accessed: June 21, 2023).
  47. Mosimann B, Amylidi-Mohr SK, Surbek D, Raio L. First trimester screening for preeclampsia - a systematic review. Hypertens Pregnancy 2020; 39:1.
  48. Rolnik DL, Wright D, Poon LC, et al. Aspirin versus Placebo in Pregnancies at High Risk for Preterm Preeclampsia. N Engl J Med 2017; 377:613.
  49. Shurygina O.V., Tugushev M.T., Bajzarova A.A., Saraeva N.V. The vitrification of gametes and embryos is an effective instrument of increasing the results of the assisted reproductive technologies (ART) programs. Sovremennye problemy nauki i obrazovaniya 2016; 4. Available from: https://science-education.ru/ru/article/view?id=24955. (Date accessed: June 20, 2023). (In Rus.).
  50. Cnossen JS, ter Riet G, Mol BW, et al. Are tests for predicting pre-eclampsia good enough to make screening viable? A review of reviews and critical appraisal. Acta Obstet Gynecol Scand 2009; 88:758.
  51. Conde-Agudelo A, Villar J, Lindheimer M. World Health Organization systematic review of screening tests for preeclampsia. Obstet Gynecol 2004; 104:1367.
  52. Briceño-Pérez C, Briceño-Sanabria L, Vigil-De Gracia P. Prediction and prevention of preeclampsia. Hypertens Pregnancy 2009; 28:138.
  53. Meads CA, Cnossen JS, Meher S, et al. Methods of prediction and prevention of pre-eclampsia: systematic reviews of accuracy and effectiveness literature with economic modelling. Health Technol Assess 2008; 12:iii.
  54. Townsend R, Khalil A, Premakumar Y, et al. Prediction of pre-eclampsia: review of reviews. Ultrasound Obstet Gynecol 2019; 54:16.
  55. Snell KIE, Allotey J, Smuk M, et al. External validation of prognostic models predicting pre-eclampsia: individual participant data meta-analysis. BMC Med 2020; 18:302.
  56. Poon LC, Shennan A, Hyett JA, et al. The International Federation of Gynecology and Obstetrics (FIGO) initiative on pre-eclampsia: A pragmatic guide for first-trimester screening and prevention. Int J Gynaecol Obstet 2019; 145 Suppl 1:1.
  57. Myatt L. The prediction of preeclampsia: the way forward. Am J Obstet Gynecol 2022; 226:S1102.
  58. Chaemsaithong P, Sahota DS, Poon LC. First trimester preeclampsia screening and prediction. Am J Obstet Gynecol 2022; 226:S1071.
  59. Leslie K, Thilaganathan B, Papageorghiou A. Early prediction and prevention of pre-eclampsia. Best Pract Res Clin Obstet Gynaecol 2011; 25:343.
  60. Allotey J, Snell KI, Smuk M, et al. Validation and development of models using clinical, biochemical and ultrasound markers for predicting pre-eclampsia: an individual participant data meta-analysis. Health Technol Assess 2020; 24:1.
  61. Angeli F, Angeli E, Reboldi G, Verdecchia P. Hypertensive disorders during pregnancy: clinical applicability of risk prediction models. J Hypertens 2011; 29:2320.
  62. Myatt L, Clifton RG, Roberts JM, et al. First-trimester prediction of preeclampsia in nulliparous women at low risk. Obstet Gynecol 2012; 119:1234.
  63. Gestational Hypertension and Preeclampsia: ACOG Practice Bulletin, Number 222. Obstet Gynecol 2020; 135:e237.

Дата поступления: 24.07.2023.


Просмотров: 1387

Ваш комментарий будет первым

Добавить комментарий
  • Пожалуйста оставляйте комментарии только по теме.
  • Вы можете оставить свой комментарий любым браузером кроме Internet Explorer старше 6.0
Имя:
E-mail
Комментарий:

Код:* Code

Последнее обновление ( 07.11.2023 г. )
« Пред.   След. »
home contact search contact search