DOI: 10.21045/2071-5021-2026-72-2-11

^1,2Ростовская Т.К.,³Фомина О.Е.
¹ Институт социальной демографии Федерального научно-исследовательского социологического центра Российской академии наук (ИСД ФНИСЦ РАН), Москва, Россия
² Российский университет дружбы народов, Москва, Россия
³ Муромский институт (филиал) федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Владимирский государственный университет имени Александра Григорьевича и Николая Григорьевича Столетовых», Муром, Россия

Аннотация

Актуальность. Актуальность исследования определяется необходимостью разработки эффективных немедикаментозных подходов к комплексной психосоциальной реабилитации участников специальной военной операции и членов их семей, сталкивающихся с последствиями боевой травмы, нарушением социальных ролей и внутрисемейной коммуникации. Предметом исследования выступает арт-терапия как инструмент комплексной реабилитации и социальной интеграции.

Цель. Проанализировать теоретико-методологические основания и обобщить практический опыт применения арт-терапии в системе комплексной реабилитации инвалидов и лиц с ограниченными возможностями здоровья, а также оценка перспектив ее адаптации в качестве инструмента психосоциальной реабилитации и социальной интеграции для участников специальной военной операции и членов их семей.

Материалы и методы. Материалы и методы исследования включали теоретический анализ и эмпирические методы. Теоретическая основа базировалась на модели Дж. Энгеля, который рассматривал поведение, эмоциональные реакции и особенности личности как результат взаимодействия взаимосвязанных факторов: биологических, психологических и социальных. Важную роль в исследовании имеют теории социального конструирования Питера Бергера и Томаса Лукмана, а также теория маскулинности (типично мужского, доминирующего поведения) Рэйвин Коннелл. Эмпирическую базу составили данные проспективного исследования, проведенного с 2021 по 2026 год, в рамках серии практико-ориентированных проектов на территории Владимирской и Нижегородской областей. Общий охват выборки составил 405 человек, включая лиц с инвалидностью, членов их семей и 20 семей участников специальной военной операции. Использовался комплекс взаимодополняющих методов: анализ документов, арт-терапевтический комплекс (живопись шерстью, нейрографика, песочная терапия, проективное рисование, создание коллажей), психодиагностика (проективные рисуночные тесты, авторский опросник), социологический опрос и включенное наблюдение.

Результаты. Основные результаты работы демонстрируют высокую реабилитационную эффективность арт-терапии. В программе «Искусство равных возможностей» доля участников с оптимистичными прогнозами на будущее увеличилась на 40%, а уровень ситуативной тревожности снизился на 37%. Метод способствовал гармонизации внутрисемейных отношений, что подтвердилось в проекте «Семейный альбом» увеличением степени близости и снижением конфликтности на семейных рисуночных тестах. Одновременно пилотное социологическое исследование выявило сохранение барьеров социальной интеграции, таких как латентная стигматизация и настороженное отношение, особенно к лицам с психическими расстройствами.

Заключение. Выводы исследования позволяют утверждать, что арт-терапия является эффективной технологией, действующей на индивидуально-личностном, семейном и социальном уровнях. Ее потенциал заключается в способности обходить вербальные защиты и барьеры, связанные с нормами представлений о сугубо мужском поведении и социальной ролью мужчины в обществе, обеспечивая безопасную символическую переработку травматического опыта, восстановление коммуникации и формирование новой субъектной идентичности.

Область применения результатов. Область применения результатов охватывает сферу социальной политики, здравоохранения и социальной защиты. Полученные данные обосновывают целесообразность интеграции арт-терапевтических практик в государственную систему комплексной реабилитации участников специальной военной операции.

Ключевые слова: арт-терапия; комплексная реабилитация; специальная военная операция; психосоциальная адаптация; инвалид.

Финансирование. Исследование проведено при поддержке Российского Научного Фонда по материалам гранта № 25-28-00140.
Конфликт интересов. Авторы декларируют отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов в связи с публикацией данной статьи.
Соблюдение этических стандартов. Исследование одобрено решением локальной этической комиссии.
Для цитирования: Ростовская Т.К., Фомина О.Е. Арт-терапия в системе комплексной реабилитации участников специальной военной операции: теоретико-методологические основания и практика социальной интеграции. Социальные аспекты здоровья населения [сетевое издание] 2026;

ART THERAPY IN THE SYSTEM OF COMPREHENSIVE REHABILITATION FOR PARTICIPANTS OF THE SPECIAL MILITARY OPERATION: THEORETICAL AND METHODOLOGICAL FOUNDATIONS AND PRACTICE OF SOCIAL INTEGRATION
^1,2Rostovskaya T.K., ³Fomina O.E.
¹ Institute of social demography, Federal Research Sociological Center of the Russian Academy of Sciences (ISD FSRC RAS), Moscow, Russia
² RUDN University, Moscow, Russia
³ Murom Institute (branch) of the Federal State Budgetary Educational Institution of Higher Education "Vladimir State University named after Alexander Grigoryevich and Nikolai Grigoryevich Stoletov", Murom, Russia

Abstract

Significance. The relevance of the study is determined by the need to develop effective non-drug approaches to comprehensive psychosocial rehabilitation of participants in the special military operation and their families, who face the consequences of combat trauma, disruption of social roles, and intra-family communication. The subject of the study is art therapy as a tool for comprehensive rehabilitation and social integration.

Purpose. To analyze the theoretical and methodological foundations and summarize the practical experience of using art therapy for this target group.

Material and methods. The materials and methods of the study included theoretical analysis and empirical techniques. The theoretical framework was grounded in George L. Engel’s model, which conceptualizes behavior, emotional responses, and personality traits as outcomes of the interplay among interrelated biological, psychological, and social factors. The study also draws significantly on the social constructionist theories of Peter L. Berger and Thomas Luckmann, as well as on Raewyn Connell’s theory of masculinity (understood as dominant patterns of male behavior). The empirical basis comprised data from a prospective study conducted between 2021 and 2026 within a series of practice-oriented projects implemented in the Vladimir and Nizhny Novgorod regions. The total sample included 405 individuals: persons with disabilities, their family members, and 20 families of participants in the special military operation. A set of complementary methods was employed: document analysis, an art therapy intervention package (wool painting, neurographic art, sandplay therapy, projective drawing, collage creation), psychodiagnostic assessment (projective drawing tests and an original questionnaire), a sociological survey, and participant observation.

Results. The main results of the work demonstrate the high rehabilitation effectiveness of art therapy. In the "Art of Equal Opportunities" program, the share of participants with optimistic outlooks for the future increased by 40%, and the level of situational anxiety decreased by 37%. The method contributed to the harmonization of intra-family relationships, which was confirmed in the "Family Album" project by an increase in the degree of closeness and a decrease in conflict in family drawing tests. Simultaneously, a pilot sociological study revealed persistent barriers to social integration, such as latent stigmatization and a wary attitude, especially towards persons with mental disorders.

Conclusion. The conclusions of the study allow us to assert that art therapy is an effective technology operating at the individual-personal, family, and social levels. Its potential lies in the ability to bypass verbal defenses and barriers related to the norms of hegemonic masculinity, ensuring the safe symbolic processing of traumatic experience, restoration of communication, and the formation of a new subjective identity.

The scope of application of the results covers the sphere of social policy, healthcare, and social protection. The obtained data substantiate the expediency of integrating art therapy practices into the state system of comprehensive rehabilitation for participants of the special military operation.

Keywords: art therapy; comprehensive rehabilitation; special military operation; psychosocial adaptation; disability.

Corresponding author: Tamara K. Rostovskaya, email: Этот e-mail защищен от спам-ботов. Для его просмотра в вашем браузере должна быть включена поддержка Java-script
Information about authors:
Rostovskaya T.K., https://orcid.org/0000-0002-1629-7780
Fomina O.E., https://orcid.org/0000-0003-0959-4557
Acknowledgments. This publication was prepared with the financial support of the Russian Science Foundation, grant no. 25-28-00140.
Competing interests. The authors declare the absence of any conflicts of interest regarding the publication of this paper.
Compliance with ethical standards. The studies were approved by the decision of the local ethics committee.
For citation: Rostovskaya T.K., Fomina O.E. Art therapy in the system of comprehensive rehabilitation of participants in the special military operation: theoretical and methodological foundations and practice of social integration. Social'nye aspekty zdorov'a naselenia [serial online] 2026; (In Rus).

Введение

Актуальность исследования определяется масштабными социально-психологическими последствиями специальной военной операции, которые затрагивают не только непосредственных участников боевых действий, получивших инвалидность, но и их семьи, создавая серьезное напряжение внутри семейной системы. Возвращение военнослужащего сопряжено с комплексом проблем: психологической адаптацией, преодолением посттравматического стрессового расстройства, эмоциональной отчужденностью и необходимостью заново выстраивать коммуникацию с близкими [1]. Наряду с физическими травмами, ключевым вызовом становится утрата прежней социальной роли и кризис идентичности, осложненный традиционными представлениями о доминирующей в общественном представлении мужественности, которые часто препятствуют обращению за психологической помощью [2]. Все это негативным образом сказывается не только на возможности полноценной реинтеграции в общество, но и на долгосрочном демографическом и социальном благополучии страны, так как создает риски социальной изоляции значительной группы граждан, выполнивших свой долг.

В этой связи эффективным инструментом реабилитации и ресоциализации, по мнению авторов, выступает арт-терапия — метод, использующий творчество для преодоления психологических барьеров и гармонизации внутреннего состояния. Ее потенциал заключается в способности обходить вербальные защиты и работать с глубинными травматическими переживаниями через символическое самовыражение.

Современное состояние арт-терапии, как следует из анализа новейших исследований, характеризуется ее утверждением в качестве значимого междисциплинарного компонента в деятельности медицинских, социальных и образовательных учреждений, с растущими требованиями к доказательной базе и методическому обеспечению [3]. Особенно перспективным представляется развитие эко-гуманитарного направления в арт-терапии, активно разрабатываемого, в частности, А.И. Копытиным, которое ориентировано на гармонизацию отношений личности с социальным и природным окружением и расширяет терапевтические возможности до уровня социально-экологического взаимодействия [4]. Это согласуется с пониманием арт-терапии не только как коррекционной практики, но и как технологии социальной адаптации, способствующей восстановлению семейных связей и формированию новых социальных ролей.

В контексте изучения здоровьесберегающих технологий для уязвимых групп представляет интерес работа Р.М. Садыкова, посвященная арт-терапии с детьми из неблагополучных семей. Автор констатирует, что данный метод эффективен для коррекции эмоциональных и поведенческих проблем, развития социальных навыков и повышения самооценки. Ключевым выводом является положение о способности арт-терапии создавать условия для внутреннего «самоизлечения» через активизацию личностных ресурсов и творческого самовыражения, что ведет к снижению социальной напряженности и росту психологического благополучия. Этот опыт подтверждает значительный реабилитационный потенциал метода, релевантный для поддержки иных категорий в состоянии психосоциального кризиса [5].

Однако, несмотря на прочное вхождение понятия «арт-терапия» в научный дискурс, его применение в контексте реабилитации участников боевых действий с инвалидностью в современных российских условиях требует особого теоретического осмысления и методической проработки.

Недостаточно изученным остается вопрос о системной интеграции арт-терапии как технологии именно социальной реабилитации, направленной не только на личностное восстановление, но и на преодоление стигматизации и восстановление семейной системы. В целом большинство существующих исследований описывает условия и факторы эффективности арт-терапии, но не предлагает целостной социально-технологической модели ее применения для конкретной, крайне уязвимой группы — участников специальной военной операции с инвалидностью и их семей. Единичные практические проекты демонстрируют высокие результаты, но носят локальный характер и требуют научного обобщения.

Не отрицая важности долгосрочной психотерапевтической работы, отметим, что в текущей ситуации необходимы решения, сочетающие планомерную поддержку и «точечные» воздействия, способные дать быстрый позитивный эффект для стабилизации психического состояния человека. Арт-терапия, в силу своей гибкости, экологичности и опоры на невербальные каналы коммуникации, может отвечать обеим задачам. Особенно это значимо в регионах, где концентрация таких семей высока, а доступ к узкоспециализированной психологической помощи ограничен. Органы социальной защиты и здравоохранения этих территорий зачастую не имеют в своем арсенале научно обоснованных комплексных программ реабилитации, выходящих за рамки медицинского протезирования и денежных выплат.

Следовательно, разработка и апробация соответствующей научно обоснованной модели, интегрирующей современные достижения арт-терапии и отечественный опыт социально-творческой реабилитации, представляет собой актуальную задачу, требующую консолидации научного знания и практического опыта.

Целью настоящего исследования является теоретико-методологический анализ и обобщение практического опыта применения арт-терапии в системе комплексной реабилитации инвалидов и лиц с ограниченными возможностями здоровья, а также оценка перспектив ее адаптации в качестве инструмента психосоциальной реабилитации и социальной интеграции для участников специальной военной операции и членов их семей.

Материалы и методы

Для достижения цели настоящего исследования — теоретического анализа и эмпирической проверки эффективности арт-терапии как инструмента комплексной реабилитации и социальной интеграции участников специальной военной операции и членов их семей — применялся комплекс взаимодополняющих научных методов. Исследование носило проспективный характер и проводилось в период с 2021 по 2026 год на базе Муромского института (филиала) Владимирского государственного университета имени А.Г. и Н.Г. Столетовых (МИВлГУ) под общим научным руководством доктора социологических наук, профессора Т.К. Ростовской (Институт демографических исследований Федерального научно-исследовательского социологического центра Российской Академии наук) в рамках «Стратегии действий по сбережению мужчин и поддержке ответственного отцовства», которая рассматривала необходимость разработки и принятия государственных мер поддержки мужчин с приобретенной инвалидностью [6].

Основой работы послужили данные, полученные в ходе реализации серии последовательных практико-ориентированных проектов, организованных научно-педагогическим коллективом МИВлГУ при участии студенческого волонтерского отряда «Добро». Исследование проводилось на территории Владимирской и Нижегородской областей, что обеспечило репрезентативность данных для регионов со сходным социально-демографическим контекстом. Выборка формировалась целенаправленно и включала различные уязвимые группы, что позволило проследить эволюцию методик от работы с инвалидами к комплексной семейной реабилитации.

Эмпирическую базу составили результаты четырех пилотных проектов: программа «Искусство равных возможностей» (2021 – 2022 гг.), направленная на реабилитацию 45 членов Муромской городской общественной организации инвалидов-опорников «Феникс»; проект «БезГраничные встречи» (сентябрь 2022 – май 2023 гг.), в мероприятиях которого приняли участие 169 человек с ограниченными возможностями здоровья; проект «БезГраничные путешествия» (сентябрь 2023 – май 2024 гг.) с количеством участников 124 человека, 32 из которых – молодые люди с инвалидностью и с ограниченными возможностями здоровья; и проект «Семейный альбом» (ноябрь 2024 – февраль 2025 гг.), охвативший 67 человек из 20 студенческих семей. Общий охват составил 405 человек.

В настоящее время ведется экспериментальная работа по действующему проекту «Арт-опора» (декабрь 2025 – июнь 2026 гг.), направленному на работу с семьями участников специальной военной операции. Выборку составили 20 семей из Владимирской и Нижегородской областей.

Использовался комплекс методов в рамках смешанного дизайна исследования: качественный анализ документов; арт-терапевтический интервенционный комплекс (живопись шерстью, нейрографика, песочная терапия, проективное рисование, создание коллажей); психодиагностический инструментарий (проективные рисуночные тесты, авторский опросник «Моя жизнь»); также был проведен пилотный социологический опрос (n=88); метод включенного наблюдения; теоретико-методологический анализ на основе биопсихосоциальной модели, социального конструкционизма и теории маскулинности. На всех этапах исследования активно использовался метод включенного наблюдения за динамикой групповых процессов, невербальной коммуникацией и поведенческими изменениями участников.

Для интерпретации полученных данных были привлечены ключевые теоретические концепции, актуальные для современного понимания инвалидности: социальный конструкционизм (Дж. Китсьюз, М. Спектор), интерпретативный подход М. Вебера, ресурсный подход (П. Бурдье, М. Кастельс), теория маскулинности в контексте инвалидизации, а также концепция человеческого разнообразия (Р.К. Скотч, К. Шринер) [7-9].

Результаты

Анализ результатов реализации проектов позволяют сделать вывод о высокой реабилитационной эффективности арт-терапии. Основу эмпирического исследования составил разработанный арт-терапевтический интервенционный комплекс. В реабилитационных программах применялся широкий спектр методик, адаптированных под специфические задачи: живопись шерстью для развития мелкой моторики и снижения психоэмоционального напряжения; техника нейрографики для активизации креативного мышления и снижения тревожности; песочная терапия для преодоления мышечной спастики и улучшения коммуникативных навыков. Для работы с эмоциональной сферой и семейными ценностями использовались техники холодного батика, проективного рисования, создания коллажей на основе архивных фотографий и росписи текстиля, а для укрепления межпоколенческих связей — создание игрушки-талисмана из эпоксидной смолы.

Для оценки эффективности интервенций был задействован комплекс психодиагностических инструментов. Проективные методики, включая рисуночный апперцептивный тест, методику «Кактус» (в интерпретации М.А. Панфиловой), рисуночный тест семьи и кинетический рисунок «Моя семья», позволили получить доступ к неосознаваемым переживаниям и внутрисемейным отношениям. Опросные методы, такие как метод «Незаконченное предложение», авторский опросник «Моя жизнь» и специализированное анкетирование для составления «карты потребностей» семьи, применялись для фиксации субъективных оценок и изменений [10].

Для исследования социального контекста было проведено пилотное исследование - анкетный опрос по квотной выборке (n=88) во Владимирской и Нижегородской областях. Эмпирическая часть работы была реализована на базе Муромского института Владимирского государственного университета в период с февраля по май 2024 года. Сбор данных осуществлялся двумя параллельными способами: посредством проведения полевого исследования и распространения цифровой версии анкеты через онлайн-платформу Google Формы. Полученные ответы фиксировались в социометрической матрице, после чего проводился количественный анализ сделанных респондентами выборов. Исследование выявило противоречивый характер общественного восприятия молодых мужчин с приобретенной инвалидностью [11].

Участие во всех проектах было добровольным, а при работе с семьями участников специальной военной операции применялись меры осторожности и конфиденциальности. Таким образом, использованный комплекс методов позволил провести многоуровневый анализ роли арт-терапии в системе комплексной реабилитации и социальной интеграции.

Реализация серии арт-терапевтических проектов, основанных на разработанном интервенционном комплексе, позволила получить эмпирические данные, демонстрирующие положительную динамику по ряду ключевых психологических и социальных параметров у различных целевых групп. Результаты психодиагностики, дополненные данными включенного наблюдения и социологического опроса, подтверждают эффективность применяемых методов как на индивидуально-психологическом, так и на социально-интеграционном уровне.

Результаты пилотной программы «Искусство равных возможностей», в которой приняли участие 45 человек с последствиями травм опорно-двигательного аппарата, выявили статистически значимые позитивные изменения после цикла из 15 групповых занятий живописью, декоративно-прикладным искусством, навыкам мобильной фотографии и экспрессивному рисованию. Сравнительный анализ данных, полученных на диагностическом и контрольном этапах эксперимента представлен в таблице 1.

Таблица 1

Динамика психоэмоциональных и социальных показателей участников программы «Искусство равных возможностей» (n=45)

Следует отметить, что различия носят описательный характер; ввиду пилотного объема выборки проверка статистической значимости не проводилась.

Данные свидетельствуют, что наиболее выраженная положительная динамика наблюдалась в сфере отношения к будущему и снижения уровня тревожности. Важно отметить, что после проведения программы не было зафиксировано ни одного случая отрицательной самооценки среди участников, что указывает на позитивный ресурс арт-терапии в формировании самопринятия.

В рамках проекта «БезГраничные встречи» (охват 169 человек с ОВЗ), были проведены 26 мероприятий на базе художественной студии «Атмосфера» (Владимирская область, г. Муром) и инклюзивного центра Муромского института Владимирского государственного университета, включающие в себя различные методы арт-терапии: изотерапию, фототерапию, проективное рисование и элементы нейрографики и правополушарное рисование. Качественный анализ продуктов творческой деятельности и наблюдения показали развитие навыков мелкой моторики и концентрации внимания при работе с живописью шерстью и техникой батика; снижение психоэмоционального напряжения и мышечной спастики в процессе песочной терапии; формирование коммуникативных навыков и сплочение группы в ходе совместной работы. Успешное трудоустройство нескольких участников проекта (8 человек) свидетельствует о выходе реабилитационного эффекта за рамки сугубо психологической коррекции.

Проект «БезГраничные путешествия» представлял собой комплексную программу социокультурной реабилитации молодых людей в возрасте до 35 лет с ограниченными возможностями здоровья посредством вовлечения их в адаптированную экскурсионно-просветительскую деятельность. Целью являлось повышение мобильности, улучшение психоэмоционального состояния и расширение социальных контактов участников через знакомство с объектами культурного наследия в инклюзивной групповой среде. Ключевой составляющей стали три адаптированные экскурсионные поездки в Москву, Нижний Новгород и Владимир, включавшие не только обзорные маршруты и посещение музеев, но и творческие элементы (мастер-класс) и посещение театральных спектаклей. Разработанный цикл интерактивных лекций, предваряющих экскурсии, выполнял не только просветительскую, но и адаптирующую функцию, снижая тревожность участников и формируя позитивные ожидания от предстоящих поездок через визуальное ознакомление с объектами культурного наследия заранее, до поездки.

Непосредственная реабилитационная эффективность проекта наиболее ярко проявилась в ходе серии адаптированных экскурсий, которые по своей сути представляли собой выездные групповые арт-терапевтические сессии. Посещение музеев, архитектурных памятников, спектаклей в профессиональных театрах, а также участие в мастер-классе по росписи елочных игрушек обеспечили участникам с ограниченными возможностями здоровья интенсивное эстетическое переживание и творческое включение. Эти активности способствовали преодолению социальной изоляции, стимулировали сенсорное и эмоциональное развитие, а также предоставили материал для рефлексии и последующего обсуждения в безопасной группе сверстников и волонтеров.

Качественный анализ обратной связи от участников свидетельствует о достижении значимых психосоциальных результатов. У лиц с ограниченными возможностями здоровья отмечалось улучшение психоэмоционального состояния, снижение уровня тревожности, связанной с выходом за пределы привычной среды, и рост мотивации к социальной активности. Групповой формат мероприятий на всех этапах проекта, включая итоговый просмотр и обсуждение смонтированных видеофильмов, укрепил навыки коммуникации и способствовал формированию социальных связей, что является ключевым фактором успешной интеграции.

Арт-терапия использовалась как метод воздействия на семейную структуру и межличностные отношения в проекте «Семейный альбом», ориентированном на работу с 20 студенческими семьями. Сравнительный анализ рисуночных тестов семьи, проведенный до и после цикла совместных мастер-классов, показал увеличение степени близости между фигурами членов семьи на рисунках, появление общих символов и элементов, объединяющих композицию, а также снижение уровня конфликтности, выражавшееся в исчезновении барьеров и разделительных линий между фигурами. Наблюдения подтвердили рост эмпатии и улучшение невербальной коммуникации между партнерами и между родителями и детьми в процессе совместного создания коллажей на основе архивных фотографий и росписи текстиля.

Проект «Арт-Опора», разработанный авторами, представляет собой научно обоснованную модель комплексной психосоциальной реабилитации, направленную на семьи участников специальной военной операции, включая как самих военнослужащих, так и их близких. Методологической основой проекта является интеграция арт-терапевтических практик с принципами системного семейного подхода и психологической диагностики. Программа была разработана на базе социологического исследования, выявившего ключевые проблемы целевой группы: повышенный уровень тревожности и стресса, нарушение внутрисемейной коммуникации, социальную изоляцию и потребность в невербальных методах психологической коррекции. Проект реализуется через последовательную триаду мероприятий — диагностику, цикл структурированных групповых арт-терапевтических занятий и итоговую рефлексию в формате выставки.

Арт-терапевтический модуль проекта построен по принципу постепенного углубления в терапевтический процесс и сочетает индивидуальные и групповые форматы. Занятия включают технически разнообразные практики: от живописи акрилом и создания коллажей до работы с эпоксидной смолой и росписи текстиля. Каждая техника решает конкретные психологические задачи - снятие эмоционального напряжения через работу с цветом и формой, визуализация внутренних ресурсов и опорных символов, укрепление межпоколенческих связей через совместное создание объектов, связанных с семейной историей и традициями. Групповая динамика, поддерживаемая психологом и арт-терапевтом, способствует формированию безопасного пространства для выражения переживаний и взаимной поддержки.

На текущем этапе реализации проекта «Арт-опора» (20 семей участников специальной военной операции) завершен диагностический модуль. По его результатам сформированы «карты потребностей» семей, где ключевыми запросами являются: нормализация внутрисемейной коммуникации, нарушенной вследствие травматического опыта и длительной разлуки; снижение уровня тревожности и психоэмоционального напряжения у всех членов семьи; поиск новых моделей взаимодействия и распределения ролей в изменившихся условиях (в связи с приобретенной инвалидностью одного из супругов); восстановление и визуализация внутренних ресурсов семьи для преодоления кризиса.

Исследование обнаружило значительные барьеры в ключевых сферах социальной интеграции. В семейно-бытовой сфере зафиксирована глубокая социальная настороженность - лишь половина опрошенных положительно отнеслись бы к романтическому или семейному союзу их близкого родственника с мужчиной, имеющим приобретенную инвалидность. Особенно негативное отношение фиксируется к лицам с психическими расстройствами, включая посттравматическое стрессовое расстройство. Это указывает на сохранение элементов социальной желательности и скрытой стигматизации, которая может усугублять психологическую изоляцию инвалидов.

Обсуждение полученных результатов

Полученные результаты демонстрируют, что арт-терапия является эффективным инструментом, воздействующим на нескольких взаимосвязанных уровнях. На индивидуально-личностном уровне она работает через механизмы символического выражения эмоций и чувств, позволяя безопасно переработать травматический опыт, что согласуется с биопсихосоциальной моделью. Особое значение имеет ее способность обходить барьеры, связанные с нормами сугубо мужского поведения и социальной роли мужчины в обществе, семье, предоставляя социально приемлемые способы для выражения уязвимости, переживания внутренних конфликтов.

На уровне семьи арт-терапия выступает технологией восстановления коммуникации и совместного преодоления кризиса. Создание общего артефакта (коллажа, талисмана) способствует формированию новой, объединяющей семейной традиции, визуализации внутренних ресурсов и выработке новых навыков взаимодействия. На социальном уровне метод способствует преодолению стигмы. В процессе творчества человек перестает быть пассивным объектом помощи («инвалидом», «жертвой») и становится активным творцом, автором, что в контексте работы с участниками специальной военной операции с приобретенной инвалидностью, приобретает особую значимость, помогая возвращению к жизни в новых условиях [12].

Биопсихосоциальная модель позволяет рассматривать последствия участия в специальной военной операции не только как сумму медицинских диагнозов, а как взаимосвязанный комплекс телесных, социальных и психологических изменений личности [13]. Биологический компонент включает физические травмы, болевой синдром, ограничения мобильности [14]. Арт-терапия, например, работа с глиной или техники свободного движения, способствует восстановлению нейронных связей, отвлечению от боли, развитию мелкой моторики и нового телесного образа. Психологический компонент охватывает посттравматическое стрессовое расстройство, депрессию, тревожность, вину, утрату прежней социальной роли [15]. Невозможность вербально описать травматический опыт находит выход в проективных техниках, таких как рисунок, лепка или создание масок, где происходит безопасное для психики дистанцирование и символическая переработка травмы.

Социальный компонент связан с нарушением семейных и профессиональных ролей, социальной изоляцией, стигматизацией [16]. Групповые формы арт-терапии, включая совместные проекты и инклюзивные театральные постановки, моделируют поддерживающую среду, восстанавливая навыки коммуникации и формируя новый социальный капитал.

Социально-конструктивистский подход, развиваемый такими учеными, как Пьер Бурдье и Елена Ярская-Смирнова, акцентирует, что инвалидность - это не только медицинское состояние, но и социальный конструкт, определяемый барьерами среды и предрассудками общества [17].

Теория маскулинности, в частности концепция Рэйвин Коннелл, также важна для понимания специфики реабилитации мужчин-участников специальной военной операции, когда традиционные представления о традиционно мужских качествах, таких как сила, эмоциональный контроль и сдержанность, становятся внутренним барьером для обращения за психологической помощью [18]. Арт-терапия, являясь невербальным, символическим и социально приемлемым для мужчин видом деятельности, сродни ремеслу, позволяет обойти эти барьеры. Творчество становится разрешенным каналом для выражения сложных чувств и переживания кризиса личностной идентичности без угрозы для самооценки.

Синергетический эффект, наблюдаемый при вовлечении в реабилитацию всей семьи, указывает на то, что работа с семейной системой является не дополнительной, а обязательной компонентой успешной реинтеграции. В данной ситуации арт-терапия выступает ключевым компонентом социокультурной реабилитации. Групповые и инклюзивные арт-проекты, такие как выставки или спектакли, разрушают изоляцию, создают сообщества взаимной поддержки по принципу «ветеран-ветеран» или «ветеран-общество» и меняют общественное мнение, переводя образ мужчины-инвалида из плоскости жертвы или героя в плоскость творца и гражданина. Совместные арт-сессии, например, семейное рисование, создание семейного герба или коллажа, становятся своеобразным мостиком для восстановления нарушенной коммуникации, совместного проживания кризиса и выработки новых моделей взаимодействия в изменившихся условиях.

Заключение

Представленные результаты следует интерпретировать с учетом ряда ограничений. Следует отметить, что исследование носило пилотный характер и проводилось на ограниченных по объему и составу выборках, что не позволяет экстраполировать выводы на всю популяцию участников специальной военной операции. Отсутствие контрольных групп и рандомизации не дает возможности однозначно утверждать, что наблюдаемые положительные изменения обусловлены исключительно арт-терапевтическим воздействием, а не естественной динамикой состояния или иными факторами. Соответственно, полученные данные следует рассматривать как предварительные, требующие проверки в более масштабных контролируемых исследованиях.

Однако, считаем важным подчеркнуть, что арт-терапия для участников специальной военной операции с инвалидностью сегодня становится научно обоснованным инструментом, действующим на глубинном уровне психики и социальных отношений. Ее сила заключается в способности обходить защитные барьеры психики, связанные как с травмой, так и с гендерными стереотипами, поэтому арт-терапия должна стать одним из компонентов государственной системы комплексной реабилитации участников специальной военной операции с инвалидностью. Ее внедрение требует разработки специализированных арт-терапевтических модулей для разных нозологических групп, подготовку кадров, способных работать с последствиями боевой травмы, создание инфраструктуры для творческой реабилитации (инклюзивные мастерские, выставочные пространства), активное вовлечение семей в реабилитационный процесс через совместные программы.

Одновременно органам государственной власти и местного самоуправления важно вести работу по популяризации успешных примеров реинтеграции через творчество, формируя в общественном сознании позитивный образ ветерана, как активного гражданина и творца. Кроме того, непременным условием успеха является межведомственное взаимодействие (здравоохранение, социальная защита, культура, образование) и обеспечение непрерывности реабилитационного маршрута. В перспективе представленные теоретические обобщения и практические наработки могут лечь в основу типовой региональной модели реабилитации с использованием арт-терапии, обеспечивающей не только восстановление здоровья, но и полноценное возвращение человека в общественную жизнь с новыми социальными перспективами.

Библиография

1. Ростовская Т.К., Фомина О.Е., Рочева Я.С. Современные отечественные и зарубежные парадигмы социальной работы и реабилитации мужчин с инвалидностью, включая участников специальной военной операции: научный обзор. Экология человека 2025;32(6):377–389. DOI: 10.17816/humeco643579.
2. Кон И.С. Мужчина в меняющемся мире. Москва: Время; 2009. 495 с.
3. Акименко Г.В., Асанов С.А., Головко О.В. и др. Современные проблемы психического здоровья личности: клинические, психологические и социальные реалии. Москва: Альпен-принт; 2024. 257 с.
4. Копытин А.И. Развитие человеческих связей с природой посредством фотографии. Экопоэзис: экогуманитарные теория и практика 2025;6(1):32–40. DOI: 10.24412/2713-1831-2025-1-32-40.
5. Садыков Р.М., Ахметов В.Я., Большакова Н.Л. Арт-терапия как здоровьесберегающая технология в работе с детьми из неблагополучных семей. Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины 2025;33(3):480–486. DOI: 10.32687/0869-866X-2025-33-3-480-486.
6. Ростовская Т.К. Молодые мужчины с приобретенной инвалидностью: методологические аспекты проведения исследования. В кн.: Факторы и механизмы демографического развития: Сборник научных статей. Екатеринбург: Институт экономики УрО РАН; 2025. С. 812–818. DOI: 10.17059/udf-2025-6-4.
7. Бурдье П. Мужское господство. В кн.: Социальное пространство: поля и практики. Пер. с франц. Марковой Ю.В. Санкт-Петербург: Алетейя; Москва: Институт экспериментальной социологии; 2007.
8. Коннелл Р. Маскулинности и глобализация. В кн.: Введение в гендерные исследования. Ч. II. Хрестоматия. Харьков: ХЦГИ; Санкт-Петербург: Алетейя; 2001. С. 851–879.
9. Воеводина Е.В. «Инвалид» как социальная стигма и пространство для дискуссий. Вестник Московского государственного гуманитарно-экономического института 2014;(4):10–15.
10. Фомина О.Е., Гуляев С.Б. Проблемы и перспективы социальной адаптации инвалидов малых городах России: по результатам авторского исследования. LOGOS ET PRAXIS 2024;23(1):62–75.
11. Ростовская Т.К., Фомина О.Е. О пилотном проекте в рамках реализации Стратегии действий по сбережению мужчин и поддержке ответственного отцовства. Социальные аспекты здоровья населения 2024;70(4). DOI: 10.21045/2071-5021-2024-70-4-4.
12. Орлова О.А., Шамардина М.В. Система жизненных ценностей участников боевых действий. В кн.: Актуальные проблемы психологической практики в силовых структурах: ментальное здоровье и условия его сохранения. Сборник докладов по материалам VI Международной межведомственной научно-практической конференции. Нижний Новгород; 2022. С. 274–278.
13. Струкова О.Г., Морозова Е.В., Жукова Е.В., Барышова А.Н., под ред. Дымочки М.А. Организационно-методические подходы к комплексной социальной реабилитации инвалидов вследствие военной травмы, полученной в ходе проведения специальной военной операции. Методические рекомендации. Москва; 2023. 488 с.
14. Свищева И.К., Конева Т.Н. Социальное сопровождение как ресурс повышения интеграционного потенциала инвалида. Известия Саратовского университета. Новая серия. Серия: Социология. Политология 2018;18(3):265–268. DOI: 10.18500/1818-9601-2018-18-3-265-268.
15. Кадыров Р.В. Посттравматическое стрессовое расстройство (PTSD). Санкт-Петербург: Речь; 2012. 448 с.
16. Носенко-Штейн Е.Э. Расширяя границы исследований: Изучение инвалидности в гуманитарных и социальных дисциплинах. Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. Серия: Социальные науки 2022;(2):48–51. DOI: 10.52452/18115942_2022_2_48.
17. Ярская-Смирнова Е.Р., Ярская В.Н. Агентная позиция людей с инвалидностью в городском пространстве. Вестник Томского государственного университета. Философия. Социология. Политология 2020;(56):223–234.
18. Носенко-Штейн Е.Э. Другая телесность в контексте инвалидности как социокультурного феномена (сравнительный анализ репрезентации «инвалидной» телесности в современной российской и зарубежной массовой литературе). Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. Серия: Социальные науки 2022;(2):90–96. DOI: 10.52452/18115942_2022_2_90.

References

1. Rostovskaya TK, Fomina OE, Rocheva YaS. Modern domestic and foreign paradigms of social work and rehabilitation of men with disabilities, including participants of the special military operation: a scientific review. Ekologiya cheloveka 2025;32(6):377-389. DOI: 10.17816/humeco643579. (In Rus.).
2. Kon IS. Man in a changing world. Moscow: Vremya; 2009. 495 p. (In Rus.).
3. Akimenko GV, Asanov SA, Golovko OV, et al. Modern problems of mental health of an individual: clinical, psychological and social realities. Moscow: Al'pen-print; 2024. 257 p. (In Rus.).
4. Kopytin AI. The development of human connections with nature through photography. Ekopoezis: ekogumanitarnye teoriya i praktika 2025;6(1):32-40. DOI: 10.24412/2713-1831-2025-1-32-40. (In Rus.).
5. Sadykov RM, Akhmetov VYa, Bol'shakova NL. Art therapy as a health-saving technology in working with children from disadvantaged families. Problemy sotsial'noy gigieny, zdravookhraneniya i istorii meditsiny 2025;33(3):480-486. DOI: 10.32687/0869-866X-2025-33-3-480-486. (In Rus.).
6. Rostovskaya TK. Young men with acquired disability: methodological aspects of research. In: Factors and mechanisms of demographic development: Collection of scientific articles. Ekaterinburg: Institut ekonomiki UrO RAN; 2025. P. 812-818. DOI: 10.17059/udf-2025-6-4. (In Rus.).
7. Burd'e P. Male domination. In: Social space: fields and practices. Transl. from French. by Yu.V. Markova. St. Petersburg: Aleteyya; Moscow: Institut eksperimental'noy sotsiologii; 2007. (In Rus.).
8. Konnell R. Masculinities and globalization. In: Introduction to gender studies. Part II. Reader. Kharkov: KhTsGI; St. Petersburg: Aleteyya; 2001. P. 851-879. (In Rus.).
9. Voevodina EV. "Disabled" as a social stigma and a space for discussion. Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo gumanitarno-ekonomicheskogo instituta 2014;(4):10-15. (In Rus.).
10. Fomina OE, Gulyaev SB. Problems and prospects of social adaptation of people with disabilities in small towns of Russia: according to the author's study. LOGOS ET PRAXIS 2024;23(1):62-75. (In Rus.).
11. Rostovskaya TK, Fomina OE. On the pilot project as part of the implementation of the Strategy for Saving Men and Supporting Responsible Fatherhood. Sotsial'nye aspekty zdorov'ya naseleniya [serial online] 2024;70(4). DOI: 10.21045/2071-5021-2024-70-4-4. (In Rus.).
12. Orlova OA, Shamardina MV. System of life values of combatants. In: Current problems of psychological practice in power structures: mental health and conditions for its preservation. Collection of reports based on the materials of the VI International Interdepartmental Scientific and Practical Conference. Nizhny Novgorod; 2022. P. 274-278. (In Rus.).
13. Strukova OG, Morozova EV, Zhukova EV, Baryshova AN, edited by Dymochka MA. Organizational and methodological approaches to comprehensive social rehabilitation of disabled people due to military trauma received during the special military operation. Methodological recommendations. Moscow; 2023. 488 p. (In Rus.).
14. Svischeva IK, Koneva TN. Sotsial'noe soprovozhdenie kak resurs povysheniya integratsionnogo potentsiala invalida [Social support as a resource for increasing the integration potential of a disabled person. Izvestiya Saratovskogo universiteta. Novaya seriya. Seriya: Sotsiologiya. Politologiya 2018;18(3):265-268. DOI: 10.18500/1818-9601-2018-18-3-265-268. (In Rus.).
15. Kadyrov RV. Post-traumatic stress disorder (PTSD). St. Petersburg: Rech'; 2012. 448 p. (In Rus.).
16. Nosenko-Shteyn EE. Expanding research boundaries: Studying disability in humanities and social disciplines. Vestnik Nizhegorodskogo universiteta im. N.I. Lobachevskogo. Seriya: Sotsial'nye nauki 2022;(2):48-51. DOI: 10.52452/18115942_2022_2_48. (In Rus.).
17. Yarskaya-Smirnova ER, Yarskaya VN. Agentic position of people with disabilities in urban space. Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo universiteta. Filosofiya. Sotsiologiya. Politologiya 2020;(56):223-234. (In Rus.).
18. Nosenko-Shteyn EE. Another physicality in the context of disability as a sociocultural phenomenon (comparative analysis of the representation of "disabled" physicality in modern Russian and foreign mass literature). Vestnik Nizhegorodskogo universiteta im. N.I. Lobachevskogo. Seriya: Sotsial'nye nauki 2022;(2):90-96. DOI: 10.52452/18115942_2022_2_90. (In Rus.).

Дата поступления: 20.01.2026

Добавить комментарий

Пожалуйста оставляйте комментарии только по теме. Вы можете оставить свой комментарий любым браузером кроме Internet Explorer старше 6.0
Имя:
E-mail
Комментарий:
Код:*