DOI: 10.21045/2071-5021-2026-72-3-15

Соколовская Т.А.
ФГБУ «Центральный научно-исследовательский институт организации и информатизации здравоохранения» Министерства здравоохранения Российской Федерации, Москва, Россия

Аннотация

Актуальность. Рост числа случаев речевых, эмоционально‑волевых и поведенческих расстройств среди детей актуализирует проблему перинатальных поражений центральной нервной системы. В этих условиях возрастает значимость работы медицинского психолога в рамках междисциплинарного взаимодействия. Возникает необходимость разработки четких критериев и диагностических инструментов для оценки эффективности профессиональной деятельности таких специалистов и определения направлений ее совершенствования.

Цель. Выявить современные подходы к оценке деятельности медицинского психолога, оказывающего помощь детям с перинатальным поражением центральной нервной системы.

Материалы и методы. Проведен троекратный научный поиск исследований, посвященных работе медицинских психологов с детьми, имеющими перинатальную патологию центральной нервной системы в открытых системах и базах: Elicit, eLibrary.Ru и PubMed®. В ходе многоэтапного отбора для анализа были отобраны 16 публикации, с максимальной точностью отвечающие условиям включения / исключения, и 1, в которой на большом массиве данных показана эффективность работы психологов с пациентами, имеющих патологию нервной системы.

Результаты. Исследования, посвященные детям с перинатальным повреждением центральной нервной системы, показали, что явные критерии оценки эффективности работы медицинских психологов в значительной степени отсутствуют. Однако психологическая оценка была включена во все используемые реабилитационные программы. В исследованиях использовались различные инструменты оценки, включая Клинический адаптивный тест/Шкалу клинических лингвистических и слуховых этапов развития (CAT/CLAMS) для психомоторного развития, речи и когнитивной активности; Мюнхенская функциональная диагностика развития для оценки моторной, перцептивной, когнитивной, лингвистической и социальной сфер и шкала умственного развития Гриффитса. Основные критерии эффективности включали улучшение психомоторного развития, когнитивного развития, развития речи и языка, поведенческих результатов, социально-эмоционального развития и адаптивного функционирования. Успех определялся по сокращению отставания в развитии на 1-2 периода осмотра, достижению соответствующих возрасту этапов развития, улучшению показателей по шкале, трехкратному снижению уровня инвалидности.

Заключение. Единого подхода к оценке эффективности работы медицинского психолога с детьми с особенностями развития (в том числе из‑за перинатального поражения центральной нервной системы) в настоящее время пока не существует. Исследователи используют разные критерии: от сокращения отставания в развитии и достижения возрастных норм до улучшения результатов оценочных шкал и трехкратного снижения уровня инвалидности.

Ключевые слова: критерии эффективности; перинатальное поражение центральной нервной системы; дети; медицинские психологи; измеримые результаты.

Контактная информация: Соколовская Татьяна Антоновна, email: Этот e-mail защищен от спам-ботов. Для его просмотра в вашем браузере должна быть включена поддержка Java-script
Финансирование. Исследование не имело спонсорской поддержки.
Конфликт интересов. Автор декларирует отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов в связи с публикацией данной статьи.
Соблюдение этических стандартов. Данный вид исследования не требует прохождения экспертизы локальным этическим комитетом.
Для цитирования: Соколовская Т.А. Современные подходы к оценке деятельности медицинского психолога, оказывающего помощь детям с перинатальным поражением центральной нервной системы. Аналитический обзор. Социальные аспекты здоровья населения [сетевое издание] 2026;

CONTEMPORARY APPROACHES TO ASSESSING THE PERFORMANCE OF A MEDICAL PSYCHOLOGIST PROVIDING CARE TO CHILDREN WITH PERINATAL DISORDERS OF THE CENTRAL NERVOUS SYSTEM. AN ANALYTICAL REVIEW
Sokolovskaya T.A.
Russian Research Institute of Health of the Ministry of Health of the Russian Federation, Moscow, Russia

Abstract

Significance. The increasing incidence of speech, emotional, volitional, and behavioral disorders among children highlights the problem of perinatal damage to the central nervous system. Under these circumstances, the role of clinical psychologists within interdisciplinary collaboration is becoming increasingly important. There is a need to develop clear criteria and diagnostic tools to evaluate the effectiveness of these specialists' professional work and identify areas for improvement.

Purpose. To identify modern approaches to assessing the activities of a medical psychologist providing assistance to children with perinatal damage to the central nervous system.

Materials and methods. A three-stage scientific search was conducted for studies on the work of clinical psychologists with children with perinatal central nervous system pathology in open systems and databases: Elicit, eLibrary.Ru, and PubMed®. A multi-stage selection process was performed, identifying 16 publications that met the inclusion/exclusion criteria with maximum accuracy and one that used a large data set to demonstrate the effectiveness of psychologists working with patients with central nervous system pathology.

Results. Studies on children with perinatal central nervous system damage showed that explicit criteria for assessing the effectiveness of clinical psychologists are largely absent. However, psychological assessment was included in all rehabilitation programs used. The studies utilized various assessment instruments, including the Clinical Adaptive Test/Clinical Language and Auditory Milestones Scale (CAT/CLAMS) for psychomotor development, speech, and cognitive performance; the Munich Developmental Assessment for motor, perceptual, cognitive, linguistic, and social functioning; and the Griffith Intelligence Scale. Primary outcome measures included improvements in psychomotor development, cognitive development, speech and language development, behavioral outcomes, social-emotional development, and adaptive functioning. Success was defined as a reduction in developmental delays of one to two assessment periods, achievement of age-appropriate developmental milestones, improvement in scale scores, and a threefold reduction in disability.

Conclusions. There is currently no unified approach to assessing the effectiveness of clinical psychologists working with children with developmental disabilities (including those due to perinatal central nervous system damage). Researchers use various criteria, ranging from reducing developmental delays and achieving age-appropriate norms to improving rating scale scores and tripling disability rates.

Keywords: performance criteria; perinatal central nervous system injury; children; clinical psychologists; measurable outcomes.

Corresponding author: Tatyana A. Sokolovskaya, email: Этот e-mail защищен от спам-ботов. Для его просмотра в вашем браузере должна быть включена поддержка Java-script
Information about authors:
Sokolovskaya TA, https://orcid.org/0000-0003-4594-5983
Acknowledgments. The study had no sponsorship.
Competing interests. The authors declare the absence of any conflicts of interest regarding the publication of this paper.
Compliance with ethical standards. This study does not require a conclusion from the Local Ethics Committee.
For citation: Sokolovskaya T.A. Contemporary approaches to assessing the performance of a medical psychologist providing care to children with perinatal disorders of the central nervous system. An analytical review. Social'nye aspekty zdorov'a naselenia [serial online] 2026; (In Rus).

Введение

Перинатальное поражение центральной нервной системы (далее –ЦНС) на протяжении десятилетий остается значимой междисциплинарной проблемой, требующей совместной работы специалистов разного профиля: неонатологов, педиатров, неврологов, а также логопедов и психологов [1]. Клинико‑эпидемиологические данные подтверждают, что перинатальное поражение ЦНС выступает существенным фактором риска возникновения неврологических и психоречевых расстройств у детей на ранних этапах развития. К числу наиболее распространённых последствий перинатального поражения ЦНС, помимо собственно неврологической патологии, относят речевые нарушения (такие как заикание, дизартрия, общее недоразвитие речи), расстройства эмоционально‑волевой сферы (включая тревожность и синдром дефицита внимания и гиперактивности — СДВГ), расстройства аутистического спектра, поведенческие и когнитивные нарушения (например, импульсивность, агрессивность, снижение концентрации внимания), а также астенические симптомы — повышенную утомляемость и истощаемость нервных процессов [2]. Вследствие этого психологическая помощь в рамках междисциплинарного взаимодействия со смежными специалистами выступает значимым компонентом коррекции последствий дизонтогенеза и стимуляции развития сенсомоторной сферы у детей. Это создает необходимые предпосылки для полноценного формирования речевых навыков. Реализация такого подхода в условиях детской поликлиники в рамках системы обязательного медицинского страхования (далее – ОМС) может существенно повысить доступность и эффективность комплексной коррекционно‑развивающей работы [2].

Несмотря на многообразие существующих методик психологического вмешательства, в современной научной литературе отсутствует четко проработанная система критериев для объективной оценки эффективности профессиональной деятельности медицинских психологов, специализирующихся на оказании психологической помощи детям с перинатальным поражением ЦНС и ее последствиями. При этом наблюдается дисбаланс в распределении исследовательского фокуса: большая часть разработанных оценочных параметров ориентирована на деятельность психологов в сфере образования, работающих с детьми с особенностями развития и ограниченными возможностями здоровья. В частности,
Н.В. Бабкина в исследовании 2018 года предложила комплекс критериев для оценки эффективности психологического сопровождения образовательного процесса таких детей. В рамках данной системы оценка строится на следующих показателях: компетентность психолога — системное и качественное выполнение всех направлений деятельности (диагностического, коррекционного, консультативного, координационного) с учетом специфики контингента обучающихся; дифференцированная поддержка — создание мультидисциплинарной командой условий, максимально отвечающих особым образовательным потребностям ребенка, включая адаптацию содержания, методов и организационных форм обучения; прогрессивные изменения в развитии ребенка, верифицируемые через мониторинг: академической успешности (в рамках индивидуального образовательного маршрута); жизненной компетентности (овладение навыками, необходимыми для автономии и адаптации); социально‑поведенческих показателей (развитие коммуникативных стратегий, усвоение норм взаимодействия) [3]. В других научных работах в качестве критериев эффективности клинико‑психологических методов были выдвинуты следующие параметры: объективное уменьшение выраженности клинических проявлений на фоне проводимой терапии, фиксируемое посредством стандартизированных диагностических инструментов; качественные и количественные изменения в структуре семейных отношений, коммуникативных паттернах и стиле воспитания, оцениваемые с помощью специализированных опросников и наблюдений; прогресс в функционировании в естественных социальных средах, включающий: успешную интеграцию в коллектив дошкольного учреждения или школы; формирование устойчивых позитивных взаимоотношений со сверстниками; развитие навыков конструктивного взаимодействия в различных социальных ситуациях [4].

Таким образом, на текущий момент не существует подходов, а также унифицированной и специфичной системы оценочных критериев для деятельности медицинских психологов в рассматриваемой сфере. Данный пробел в научной методологии и определил целевую направленность настоящего исследования.

Цель исследования: выявить современные подходы к оценке деятельности медицинского психолога, оказывающего помощь детям с перинатальным поражением центральной нервной системы.

Методы и методы

Поиск научных статей по выбранной теме проводился несколькими способами. Первый из них заключался в семантическом компьютерном поиске из пула научных публикаций поисковой системы Elicit, включающей в себя ресурсы Semantic Scholar и OpenAlex. Запрос осуществлялся по ключевой фразе: «Критерии оценки эффективности работы медицинского психолога с детьми, имеющими перинатальное поражение центральной нервной системы». В результате на первом этапе было отобрано 50 статей (рис. 1).

Рис. 1. Методология отбора научных публикаций в системе Elicit

Далее запрос был детализирован по следующим критериям:

• педиатрическая популяция предполагала включение в исследование детей в возрасте от 0 до 17 полных лет с перинатальным поражением ЦНС;

• перинатальное поражение ЦНС должно было быть документально подтверждено соответствующим клиническим диагнозом (например, гипоксически-ишемическая энцефалопатия (Р91.6), внутрижелудочковое кровоизлияние (Р52.0, Р52.1, Р52.2 и Р52.3), перивентрикулярная лейкомаляция (P 91.2) или другое повреждение ЦНС, возникшее в перинатальный период);

• вмешательство медицинского психолога должно было указывать на наличие услуги, предоставляемой квалифицированными медицинскими психологами (психологическая оценка, терапия или консультация);

• измеримые результаты – перечень количественных показателей эффективности психологического вмешательства, валидность оценки или критерии оценки работы медицинских психологов;

• качество дизайна исследования определялось его спецификой – систематический обзор, метаанализ, рандомизированное контролируемое исследование, квазиэкспериментальное исследование, когортное исследование или исследование «случай-контроль»;

• специфика перинатальной этиологии, уточняющее наличие конкретного перинатального поражения ЦНС, а не повреждения ЦНС, вызванного другими причинами (например, черепно-мозговая травма, генетические заболевания или постнатальные инфекции);

• педиатрический анализ – в исследованиях рассматривались только педиатрические популяции, а не участники детского возраста, включенные в смешанные возрастные группы;

• адекватный размер выборки: наличие 10 или более участников, если речь идет о случае или серии случаев; при остальных исследованиях объем выборки – 30 человек и более.

Также учитывался тип исследования (наблюдательное, интервенционное, описательное) и его продолжительность, условия проведения (стационар, амбулаторное лечение, реабилитационный центр); инструменты, используемые для оценки результатов, имеющих отношение к эффективности работы медицинского психолога (стандартизированные шкалы: CAT/CLAMS, шкалы двигательных функций и т.д.; нейропсихологические тесты, оценки развития, поведенческие показатели и любые специализированные инструменты оценки, разработанные для этой группы населения).

Обязательным компонентом было наличие измеренных результатов развития (психомоторного, когнитивного, социально-эмоционального, речи/языка) и функционирования (адаптивное, поведенческие результаты), улучшение которых могли указывать на эффективность работы медицинского психолога.

Кроме этого, еще одним критерием были временные точки, когда проводились оценки эффективности, включая: время проведения базовой оценки, интервалы (ежемесячно, ежеквартально, ежегодно) и продолжительность последующего наблюдения, критические периоды развития и любые графики лонгитюдной оценки, специфичные для психологического вмешательства.

В результате второго этапа первого отбора были оставлены десять статей, наиболее отвечающие всем критериям включения / исключения и представленные в Таблице 1. Выбранные исследования продемонстрировали существенную неоднородность в дизайне, популяции и методологии. Размеры выборок варьировались от исследований с малым числом случаев [5] до когорт из 598 детей [6]. Дизайн исследований включал наблюдательные исследования [5-12] и интервенционные исследования [13,15]. Возрастные диапазоны значительно различались: от целенаправленных исследований детей на первом году жизни [5-8,11-13,15] до более длительного наблюдения, охватывающего период от 8 до 12 лет [9]. Большинство исследований были сосредоточены на детях младше 3 лет [5-8,10-13,15], что отражает критический период раннего вмешательства. К специфическим типам перинатального поражения ЦНС относились гипоксически-ишемическая энцефалопатия [6,8], асфиксия при рождении [10] и общая перинатальная гипоксия [5, 7,11-13,15]. Уровни тяжести были явно указаны лишь в некоторых исследованиях [6,8], а функциональные расстройства и неврологический дефицит дифференцированы в единичных [9].

Таблица 1

Характеристики включенных исследований

Второй и третий отборы предполагали поиск научных статей по изучаемой теме в двух открытых базах: Elibrary и PubMed (рис. 2). Критериями включения были: соответствие условиям запроса, наличие полнотекстового формата публикации, открытый доступ.

Рис. 2. Методология отбора научных публикаций в базах данных Elibrary и PubMed

В результате было оставлено шесть русскоязычных и одна иностранная статья, наиболее отвечающие критериям и / или тематике запроса.

Результаты

Анализ научных исследований первого отбора выявил ограниченное описание участия медицинских психологов, которое чаще всего было в составе мультидисциплинарных бригад при разработке индивидуальных программ реабилитации для детей без конкретизации психологических вмешательства. Отсутствие явных указаний на роль медицинских психологов в большинстве исследований предполагает, что критерии оценки эффективности их деятельности в этой группе населения часто включены в более широкие междисциплинарные реабилитационные программы, а не оцениваются как отдельный профессиональный вклад. По-видимому, основное внимание уделяется комплексным результатам развития, а не специфическим вмешательствам медицинского психолога.

Тем не менее, в исследованиях использовались различные критерии и инструменты для оценки эффективности деятельности изучаемых специалистов, основными из которых были:

• Шкалы оценки развития

Клинический адаптивный тест / Шкала клинических лингвистических и слуховых этапов развития (CAT/CLAMS) использовался для оценки психомоторного развития, речевых навыков и когнитивной активности [10]. Мюнхенская функциональная диагностика развития (MFDD) служила основным инструментом для оценки эффективности раннего вмешательства, оценивая двигательные, перцептивные, когнитивные, лингвистические навыки и навыки социального взаимодействия, с системой баллов, где каждый навык получал балл, если присутствовал, и ноль, если отсутствовал [12]. Шкала умственного развития Гриффитса оценивала психомоторное развитие у младенцев [8].

• Измерения двигательных функций

Система оценки глобальных двигательных функций и Система классификации грубой моторики (GMFCS) определяли уровни двигательного развития, особенно у детей с церебральным параличом [10].

• Неврологические и нейрофизиологические методы

Формализованные неврологические и нейропсихологические исследования способствовали формированию «профиля развития» мозга [7,13,14,16]. Электронейромиография обеспечивала объективную оценку эффективности лечения [13]. Применялись соматические, неврологические и неинвазивные методы диагностики [5,6].

Результаты взаимодействия «медицинский психолог – ребенок, имеющий перинатальное поражение ЦНС», оценивалась в исследованиях не только по разным методикам, но и по нескольким параметрам:

1. Психомоторное развитие. Задержки в нервно-психическом развитии, как и его нарушение отмечались с высокой частотой (73,2% и 28,1% детей) [6]. Положительными эффектами считалось: улучшение двигательных навыков, таких как ползание, сидение и ходьба; сокращение задержки психомоторного развития на 1-2 периода осмотра и снижение риска получения статуса ребенка-инвалида на 12 месяцев [8].
2. Когнитивное развитие: оценивалось с помощью стандартизированных шкал, при этом у некоторых детей отмечалось расхождение между речевым и когнитивным развитием на фоне тяжелого гипоксического повреждения головного мозга [10]. В качестве потенциальных последствий были выявлены долгосрочные когнитивные проблемы, сохраняющиеся во взрослом возрасте [9]. После реабилитации были зафиксированы улучшения в мышлении и игровой активности [8].
3. Развитие речи и языка. Наблюдались как диссоциация с когнитивным и моторным развитием [10], так и улучшения в экспрессивной речи и понимании языка, хотя восстановление происходило медленнее, чем восстановление моторики [10] и было в прямой зависимости от тяжести поражения головного мозга [14]. После комбинированных реабилитационных программ были задокументированы улучшения в развитии и понимании речи [8].
4. Поведенческие и социально-эмоциональные результаты. Поведенческими проявлениями у детей были синдром гиперактивности и задержка темпа развития [10], расстройства эмоционально-волевой сферы (у 29,2%), проблемы поведения и внимания (7,7%) [9]. После вмешательства наблюдались улучшения эмоционального состояния и коммуникации [8]. Положительным эффектом являлось достижение социального возраста, хотя и медленнее, чем восстановление моторики.
5. Адаптивное функционирование. Физическое и психическое функционирование ухудшалось с увеличением временного разрыва между постановкой диагноза и присвоением статуса ребенка-инвалида [9]. Своевременное медицинское наблюдение напрямую влияло на реабилитацию ребенка [9]. Сообщалось о трехкратном снижении уровня инвалидности после комбинированных реабилитационных программ [8]. Раннее вмешательство имело решающее значение из-за высокой пластичности мозга [12]. Вовлечение семьи, особенно участие родителей в реабилитации, улучшало благополучие семьи и было определено как решающий фактор эффективного вмешательства [7].

Различные критерии оценки отражают многообразие контекстов вмешательства и периоды развития. В исследованиях, посвященных очень раннему младенчеству, использовались высокоспецифичные этапы моторного и сенсорного развития [12], отражающие быстрые нейроизменения развития в этот период. В отличие от этого, в исследованиях, изучающих детей в течение первых двух [10] или трех лет [6], использовались более широкие шкалы психомоторного развития, такие как CAT/CLAMS [10], которые отражают речевую, когнитивную и моторную интеграцию. Исследования, наблюдающие детей до 8-12 лет, неизбежно перешли к долгосрочным функциональным результатам, включая адаптацию к обучению и статус инвалидности [9]. Эти различия отражают адекватное соответствие стадиям развития, а не противоречащие друг другу методологии.

Для детей с тяжелым неврологическим дефицитом и выраженными структурными изменениями головного мозга приоритет отдавался шкалам двигательной функции (GM-FCS) [10], тогда как дети с функциональными расстройствами без серьезных структурных изменений демонстрировали лучшую реакцию на когнитивно-ориентированные вмешательства, оцениваемые с помощью шкал речевого и когнитивного развития [10]. Это предполагает, что критерии оценки должны быть адаптированы к уровню тяжести, при этом в тяжелых случаях приоритет отдается двигательным результатам, а в более легких случаях возможны когнитивно-лингвистические результаты более высокого порядка. Было отмечено, что эффективность терапии значительно снижается к 3-му полугодию жизни (примерно 9 месяцев) [13], что указывает на оптимальное окно вмешательства в раннем младенчестве. Оценка состояния здоровья с рождения до 3 лет была распространенной, при этом особое внимание уделялось первому году жизни как критическому периоду [5,7,11].

Практически повсеместное отсутствие четко определенных ролей и критериев медицинских психологов [8-10,14] не означает, что психологическая оценка отсутствует, а скорее указывает на ее полную интеграцию в функционирование междисциплинарной команды. Используемые инструменты оценки — CAT/CLAMS для когнитивно-лингвистического развития [10], Мюнхенская функциональная диагностика для социального взаимодействия и коммуникации [12] и нейропсихологические исследования [13] — по своей сути требуют психологической экспертизы. Критерии эффективности носят психологический характер (когнитивное развитие [10], социально-эмоциональное функционирование [12], поведенческие результаты [10]), но оцениваются в рамках командных протоколов. Эта интеграция может объяснить, почему практически во всех исследованиях вклад психологов не был выделен отдельно: в этом клиническом контексте психологическая оценка интегрирована в процесс реабилитации, а не предоставляется как отдельная услуга.

Целью второго и третьего поискового отбора научных публикаций стала попытка несколько конкретизировать и дополнить критерии эффективности деятельности психолога при работе с детьми, имеющими перинатальное поражение ЦНС и другие взаимосвязанные перинатальные проблемы. Как показывают исследования, у дошкольников с проблемами речи в 95,5% случаев причиной является перинатальное поражение ЦНС [17]. Осуществление ранней коррекции речевых нарушений с привлечением специалистов‑психологов является эффективным профилактическим мероприятием в отношении коммуникационных проблем и школьной дезадаптации детей. Так, в работе А.Р. Калашниковой с соавт. (2025) на примере детей с общим недоразвитием речи расписаны критерии психолого-педагогического сопровождения, которые включают в себя качественные и количественные показатели. Среди них ключевым является улучшение качества повседневного речевого взаимодействия ребенка: увеличение словарного запаса и повышение разборчивости речи. Также одним из важных параметров авторы указывают совершенствование коммуникационных навыков и повышение устойчивости эмоциональной сферы [18]. Е.В. Конева с соавт. (2018) в рамках оценки деятельности психолого-медико-педагогической комиссии основными критериями при разработке образовательного маршрута ребенка выдвигаются адекватность поведения ребенка в имеющейся ситуации (в данном случае в образовательном учреждении), критичность (успешность решения диагностических задач), обучаемость ребенка (ключевой критерий), наличие у ребенка внешних ресурсов развития (семья, ближайшее окружение). Также авторы рассматривают точку зрения, когда психологическое обследование является важным в работе психолого-медико-педагогической комиссии с детьми, имеющими особенности развития. При этом предполагается качественная и количественная оценка интеллектуального развития ребенка, его эмоционально-волевых и личностных особенностей, а также других параметров. Для оценки работы самой комиссии авторы считают необходимо разработать две системы критериев: отдельно для специалистов и отдельно для детей, получателей услуг [19]. Г.А. Бутко с соавт. (2019) поднимается вопрос востребованности психологов в системе образования и здравоохранения в рамках медико-психолого-педагогической помощи и психолого-педагогической помощи для детей раннего возраста. Однако авторами в основном делается упор на эффективность службы ранней помощи в предупреждении детской инвалидности, а не на конкретные показатели деятельности специалиста [20]. Е.В. Павлюкова с соавт. (2018) приводят критерии, характеризующие психологическое развитие ребенка в первые три года жизни, что можно взять за основу при разработке оценочных шкал. К тому же авторами описываются варианты психологического развития детей с перинатальным поражением ЦНС и недоношенностью, основанные на оценке психологических достижений. Кроме этого, авторы приводят четыре пункта, выполнение которых может привести к эффективному снижению инвалидизирующих состояний у детей, имеющих последствия перинатального поражения ЦНС: раннее начало реабилитационных мероприятий; индивидуальный подход; комплексность методик (в т.ч. психологических); преемственность этапов реабилитации [21]. В своем исследовании
С.А. Амбалова (2021) наиболее важными критериями эффективности психокоррекционной работы выделяет адаптивность пациента, уровень его психологического комфорта и общего состояния здоровья. При работе с детьми, испытывающими речевые и коммуникативные трудности, особое внимание уделяется их адаптации к школьной среде и достижению гармонии между внутренним состоянием и внешними условиями [22]. В.С. Глушанко с соавт. (2020) разработали комплексную программу социально‑психологической адаптации, ориентированную на детей с задержкой развития. Психологическая помощь в рамках этой программы направлена на решение нескольких задач: уменьшение выраженности тревожности и гиперактивности, снижение импульсивных реакций, преодоление различных страхов, а также целенаправленное развитие у детей навыков саморегуляции поведения и эмоций. В ходе апробации данной программы выявлена ее эффективность, которая выражалась в снижении уровня тревожности, гиперактивности, повышении мотивации детей к школьному обучению [23].

Несмотря на то, что метаанализ, включающий 24 завершенных рандомизированных контролируемых исследования, посвященных пациентам, страдающим эпилепсией (без конкретизации ее этиологии) имел смешанную выборку (из 2439 человек только 468 подростки и молодые люди), в следствии чего не совсем подходил под критерии включения, он тем не менее показал важность того, что психологические вмешательства в значительной мере улучшают качество жизни пациента, в т.ч. эмоциональное благополучие (среднее улучшение на 7,03 балла при р = 0,002); энергия и утомляемость (на 6,90 балла; р < 0,0001) и общее качество жизни (на 6,47 балла; р = 0,0008). Дополнительное применение психологических методов лечения положительно сказываются на качестве жизни тех, кто ухаживает за пациентом [24].

Обсуждение полученных результатов

Рассмотренные исследования выявляют существенную неоднородность в подходах к оценке эффективности психологических вмешательств для детей с перинатальным повреждением ЦНС, при этом критерии, специфичные для медицинских психологов, в значительной степени отсутствуют или включены в междисциплинарные программы. Эта неоднородность требует систематического согласования для понимания того, что представляет собой эффективная оценка в этой популяции.

Ориентировочными критериями эффективности работы медицинских психологов с детьми с перинатальным повреждением ЦНС являлись многомерные результаты развития в психомоторной, когнитивной, речевой/языковой, поведенческой, социально-эмоциональной и адаптивной сферах, оцениваемые с помощью стандартизированных шкал с интервалами, соответствующими возрасту, при этом функционирование семьи считалось одним из основных результатов. Время проведения оценки оказалось критически важным, поскольку эффективность терапии снижалась к 3-му полугодию жизни [13], а раннее вмешательство в первые месяцы демонстрировало максимальную эффективность [7]. Факторы, предсказывающие лучшие результаты, включали своевременное медицинское наблюдение [9], раннее вмешательство с использованием пластичности мозга [13,14] и участие семьи в реабилитации [7]. Препятствиями были несвоевременная регистрация на последующее наблюдение, срыв приемов у специалистов [9] и расхождение между речевым, когнитивным и моторным развитием, осложняющее оценку [10]. Данные свидетельствуют о том, что оценка эффективности работы медицинского психолога с этой группой населения требует многомерных результатов, интегрированных в командные протоколы, с учетом возрастных особенностей развития, при этом функционирование семьи признается одним из основных показателей.

Анализ деятельности психологов в составе медико-психолого-педагогических команд при работе с детьми, имеющими, в первую очередь, нарушения речи и коммуникации, показал, что критерии их деятельности также не определены. Однако имеются показатели, которые можно использовать при разработке оценочной системы. Причем, как утверждают Е.В. Конева с соавт. (2018) такие оценочные системы должны быть в двух вариантах: для специалистов и для детей с экспертизой уровня их достижений [19].

Ограничения исследования. Методологическая ограниченность исследования заключается в том, что анализу подвергались только те публикации, в которых описываются критерии оценки эффективности работы медицинского психолога применительно к детям с перинатальным поражением ЦНС. Так как эти данные охватывают лишь указанную нозологическую группу, полученные результаты репрезентативны только для неё. Соответственно, распространение выводов на иные категории детей, нуждающихся в психологической помощи, будет методологически некорректно.

Заключение

Анализ исследований показал, что на сегодняшний день нет единого подхода и оценочной системы эффективности работы медицинского психолога, оказывающего помощь детям с особенностями развития, в т.ч. вызванными перинатальным поражением центральной нервной системы. В разных исследованиях успех оценивался по разным показателям: сокращение отставания в развитии на 1-2 периода осмотра, достижение соответствующих возрасту этапов развития, улучшение результатов CAT/CLAMS, трехкратное снижение уровня инвалидности. Это не конкурирующие конечные точки, а скорее различные критерии, подходящие для дизайна исследования и популяции. Для планирования системы здравоохранения снижение статуса инвалидности обеспечивает измерение воздействия на уровне популяции. Это подтверждает необходимость дальнейшего исследования.

Практические рекомендации по внедрению результатов. Материалы исследования могут послужить методологической основой для создания системы критериев оценки эффективности работы медицинских психологов, специализирующихся на оказании помощи детскому населению.

Библиография

1. Безруких М.М., Логинова Е.С., Парцалис Е.М. Комплексная диагностика индивидуальных нарушений когнитивного развития и их коррекция. Физиология человека. 2015;41(4):18. DOI 10.7868/S0131164615040049.
2. Архипова Е.Ф. Психолого-педагогическое сопровождение развития детей раннего возраста с перинатальным поражением ЦНС в условиях детской поликлиники. В кн.: Ранняя комплексная помощь детям с отклонениями в развитии в современном образовательном пространстве: Сборник научных статей по материалам международной научно-практической конференции (Москва, 18–20 апреля 2013 года). Составители: О.Г. Приходько, А.А. Гусейнова, Е.В. Ушакова. Москва: МГПУ; 2013. С. 7-12.
3. Бабкина Н.В. Ракурсы понимания категории психологического сопровождения в системе общего и специального образования. Клиническая и специальная психология. 2018;7(4):1-18. DOI 10.17759/cpse.2018070401.
4. Миткевич В.А., Харькова О.А., Соловьев А.Г., Парняков А.В. Оценка эффективности применения сказкотерапии у детей с заиканием. Практическая медицина. 2019;17(3):100-103.
5. Дудьев В.П. Психолого-педагогическое исследование двигательных функций, сенсомоторных и голосовых реакций детей с перинатальным поражением ЦНС в первые месяцы жизни. Специальное образование. 2020; 4(60): 110-124. DOI 10.26170/sp20-04-09.
6. Павлова Н.Н. Выявление особенностей психического развития у детей первого полугодия жизни с последствиями перинатального поражения ЦНС. Дефектология. 2019; (1): 3-13.
7. Чубарова А.И., Хан М.А., Туленкова Т.Е., Микитченко Н.А., Румянцева М.В. Профилактика нарушений психомоторного и речевого развития у детей с перинатальным поражением ЦНС. Вестник восстановительной медицины. 2019;(6):33-38.
8. Осмоловский Д.С., Осмоловский С.В., Овчинников А.В., Переломова О.В. Эффективность комплексной реабилитации детей раннего возраста с перинатальной гипоксически-ишемической энцефалопатией. Тихоокеанский медицинский журнал. 2023; 4:52–56. DOI 10.34215/1609-1175-2023-4-52-56.
9. Соколовская Т.А., Ступак В. С. Организация медицинской помощи детям с последствиями перинатальной патологии: проблемы и региональные особенности. Социальные аспекты здоровья населения. 2023;69(2). DOI 10.21045/2071-5021-2023-69-2-5.
10. Клещенко Е.В., Шимченко Е.В. Особенности психомоторного развития детей с различными исходами перинатального гипоксического поражения головного мозга. Кубанский научный медицинский вестник. 2019; 26(3): 48–54. DOI 10.25207/1608-6228-2019-26-3-48-54.
11. Малышкина А.И., Самсонова Т.В., Кривоногов В.А. Особенности клинико-анамнестических показателей у детей первого года жизни с нарушением моторного развития, родившихся на разных сроках гестации. Доктор.Ру. 2023;22(7):43–47. DOI: 10.31550/1727- 2378-2023-22-7-43-47.
12. Pazera G., Młodawska M., Młodawski J., Klimowska K. Principal Component Analysis of Munich Functional Developmental Diagnosis. Pediatr. Rep. 2021(13):227–233. DOI 10.3390/pediatric13020031.\
13. Скворцов И.А., Хавхун Л.А., Устинова Е.В., Ильин Л.Б. Комплексная стимуляция статико-моторного и психоречевого развития детей с перинатальными поражениями центральной нервной системы. Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 1989;89(8):23-7.
14. Скворцов И.А., Апексимова О.А., Петракова В.С. и др. Исследование профиля развития психоневрологических функций у детей до 7 лет и психологическая коррекция нарушений. Методическое пособие. Москва: Тривола, 2002: 28.
15. Красноруцкая О.Н., Леднева В.С., Голосная Г.С. Оценка эффективности патогенетического лечения детей, перенесших перинатальную гипоксию. Вестник новых медицинских технологий. 2019;26(1): 26-32. DOI 10.24411/1609-2163-2019-16251.
16. Емелина Д.А., Макаров И.В. Задержки психического развития у детей (аналитический обзор). Обозрение психиатрии и медицинской психологии имени В.М. Бехтерева. 2018;(1):4-12.
17. Беспятова К.В., Перепелица С.А. Поиск причин речевых нарушений у детей (перинатальные аспекты). Вестник Балтийского федерального университета им. И. Канта. Сер.: Филология, педагогика, психология. 2024;(3):120-129. DOI: 10.5922/vestnikpsy-2024-3-11.
18. Калашникова А.Р., Манукина А.П., Носачева Е.Ю., Подымова П.А. Психолого-педагогическое сопровождение детей с ОНР. Студенческий электронный журнал СтРИЖ. 2025;5(64):59-62.
19. Конева Е.В., Русанова Л.С. Современные тенденции и проблемы в психолого-медико-педагогическом обследовании детей. Медицинская психология в России. 2018;10(4(51)):4.
20. Бутко Г.А., Кательсон Т.А., Олту С.П. Развитие системы ранней комплексной помощи детям с ограниченными возможностями здоровья в учреждениях образования и здравоохранения. Вестник Мининского университета. 2019;7(4(29)):5. DOI 10.26795/2307-1281-2019-7-4-5.
21. Павлюкова Е.В., Давыдова И.В., Лазуренко С.Б., Яцык Г.В., Конова О.М., Зимина Е.П. Возможности профилактики и восстановительного лечения последствий перинатального поражения центральной нервной системы у недоношенных детей. Педиатрическая фармакология. 2018;15(2):159–167. DOI 10.15690/pf.v15i2.1872.
22. Амбалова С.А. Основные критерии эффективности психокоррекционной работы. Азимут научных исследований: педагогика и психология. 2021;10(1(34)):315-317. DOI 10.26140/anip-2021-1001-0080.
23. Глушанко В.С., Богомаз С.Л., Ковалевская Т.Н. Комплексное психолого-педагогическое сопровождение процесса социально-психологической адаптации у детей, рожденных с задержкой развития плода. Право. Экономика. Психология. 2020;1(17):89-96.
24. Michaelis R., Tang V., Wagner J.L., Modi A.C., LaFrance W.C. Jr., Goldstein L.H., et al. Psychological treatments for people with epilepsy. Cochrane Database Syst Rev. 2017 Oct 27;10(10):CD012081. DOI: 10.1002/14651858.CD012081.pub2.

References

1. Bezrukikh M.M., Loginova E.S., Partsalis E.M. Kompleksnaya diagnostika individual'nyh narushenij kognitivnogo razvitiya i ih korrekciya. [Comprehensive diagnostics of individual cognitive development disorders and their correction]. Fiziologiya cheloveka. 2015;41(4):18. DOI 10.7868/S0131164615040049. (In Rus.).
2. Arkhipova E.F. Psihologo-pedagogicheskoe soprovozhdenie razvitiya detej rannego vozrasta s perinatal'nym porazheniem CNS v usloviyah detskoj polikliniki [Psychological and pedagogical support for the development of young children with perinatal CNS lesions in a children's clinic]. Rannyaya kompleksnaya pomoshch' detyam s otkloneniyami v razvitii v sovremennom obrazovatel'nom prostranstve: Sbornik nauchnyh statej po materialam mezhdunarodnoj nauchno-prakticheskoj konferencii, Moscow, April 18–20, 2013 / Authors: O.G. Prikhodko, A.A. Guseynova, E.V. Ushakova. Moscow: Moscow State Pedagogical Univ., 2013: 7–12. (In Rus.).
3. Babkina N.V. Rakursy ponimaniya kategorii psihologicheskogo soprovozhdeniya v sisteme obshchego i special'nogo obrazovaniya [Perspectives on understanding the category of psychological support in the system of general and special education]. Klinicheskaya i special'naya psihologiya. 2018;7(4):1-18. DOI 10.17759/cpse.2018070401. (In Rus.).
4. Mitkevich V.A., Kharkova O.A., Soloviev A.G., Parnyakov A.V. Ocenka effektivnosti primeneniya skazkoterapii u detej s zaikaniem [Evaluation of the effectiveness of fairy tale therapy in children with stuttering]. Prakticheskaya medicina. 2019;17(3):100-103. (In Rus.).
5. Dud'ev V.P. Psihologo-pedagogicheskoe issledovanie dvigatel'nyh funkcij, sensomotornyh i golosovyh reakcij detej s perinatal'nym porazheniem CNS v pervye mesjacy zhizni [Psychological and pedagogical study of motor functions, sensorimotor and vocal reactions of children with perinatal CNS damage in the first months of life]. Special'noe obrazovanie. 2020; 4(60): 110-124. DOI 10.26170/sp20-04-09. (In Rus.).
6. Pavlova N.N. Vyjavlenie osobennostej psihicheskogo razvitija u detej pervogo polugodija zhizni s posledstvijami perinatal'nogo porazhenija CNS [Identification of features of mental development in children in the first half of life with consequences of perinatal damage to the central nervous system]. Defektologija. 2019; (1): 3-13. (In Rus.).
7. Chubarova A.I., Khan M.A., Tulenkova T.E., Mikitchenko N.A., Rumyantseva M.V. Profilaktika narushenij psihomotornogo i rechevogo razvitiya u detej s perinatal'nym porazheniem CNS [Prevention of psychomotor and speech development disorders in children with perinatal CNS damage]. Vestnik vosstanovitel'noj mediciny. 2019;(6):33-38. (In Rus.).
8. Osmolovsky D.S., Osmolovsky S.V., Ovchinnikov A.V., Perelomova O.V. Effektivnost' kompleksnoj reabilitacii detej rannego vozrasta s perinatal'noj gipoksicheski-ishemicheskoj encefalopatiej [Effi cacy of combined rehabilitation programs for infants with perinatal hypoxic-ischemic encephalopathy]. Tihookeanskij medicinskij zhurnal. 2023;4:52–56. DOI 10.34215/1609-1175- 2023-4-52-56. (In Rus.).
9. Sokolovskaya T.A., Stupak V.S. Organizaciya medicinskoj pomoshchi detyam s posledstviyami perinatal'noj patologii: problemy i regional'nye osobennosti [Organization of medical care delivery to children with consequences of perinatal conditions]. Social'nye aspekty zdorov'a naselenia [serial online]. 2023;69(2):5. DOI: 10.21045/2071-5021-2023-69-2-5. (In Rus).
10. Kleshchenko E.I., Shimshenko E.V. Osobennosti psihomotornogo razvitiya detej s razlichnymi iskhodami perinatal'nogo gipoksicheskogo porazheniya golovnogo mozga [Specifics of psychomotor development in children with different outcomes of perinatal hypoxic brain injury]. Kubanskij nauchnyj medicinskij vestnik. 2019;26(3):48-54. DOI 10.25207/1608-6228-2019-26-3-48-54. (In Rus.).
11. Malyshkina A.I., Samsonova T.V., Krivonogov V.A. Osobennosti kliniko-anamnesticheskih pokazatelej u detej pervogo goda zhizni s narusheniem motornogo razvitija, rodivshihsja na raznyh srokah gestacii [Features of clinical and anamnestic indicators in children of the first year of life with impaired motor development, born at different gestational ages]. Doktor.Ru. 2023;22(7):43–47. DOI: 10.31550/1727- 2378-2023-22-7-43-47. (In Rus.).
12. Pazera G., Młodawska M., Młodawski J., Klimowska K. Principal Component Analysis of Munich Functional Developmental Diagnosis. Pediatr. Rep. 2021(13):227–233. DOI 10.3390/pediatric13020031.
13. Skvortsov I.A., Khavkhun L.A., Ustinova E.V, I'lin L.B. Kompleksnaia stimuliatsiia statiko-motornogo i psikhorechevogo razvitiia deteĭ s perinata'lnymi porazheniiami tsentra'lnoĭ nervnoĭ sistemy [Complex stimulation of the locomotor and psycholingual develop- ment of children with perinatal lesions of the central nervous system]. Zh Nevropatol Psikhiatr Im S.S. Korsakova. 1989;89(8):23-7. (In Rus.).
14. Skvorcov I.A., Apeksimova O.A., Petrakova V.S. [i dr.]. Issledovanie profilja razvitija psihonevrologicheskih funkcij u detej do 7 let i psihologicheskaja korrekcija narushenij [Study of the development profile of psychoneurological functions in children under 7 years of age and psychological correction of disorders]. Metodicheskoe posobie. M.: Trivola, 2002: 28. (In Rus.)
15. Krasnorutskaya O.N., Ledneva V.S., Golosnaya G.S. Ocenka effektivnosti patogeneticheskogo lecheniya detej, perenesshih perinatal'nuyu gipoksiyu [Evaluation of the effectiveness of pathogenetic treatment of children who suffered perinatal hypoxia]. Vestnik novyh medicinskih tekhnologij. 2019; 26(1): 26-32. DOI 10.24411/1609-2163-2019-16251. (In Rus.).
16. Emelina D.A., Makarov I.V. Zaderzhki psihicheskogo razvitija u detej (analiticheskij obzor) [Mental retardation in children (analytical review)]. Obozrenie psihiatrii i medicinskoj psihologii imeni V.M. Behtereva. 2018;(1):4-12. (In Rus.)
17. Bespyatova K.V., Perepelitsa S.A. Poisk prichin rechevyh narushenij u detej (perinatal'nye aspekty) [Search for the causes of speech disorders in children (perinatal aspects)]. Vestnik Baltijskogo federal'nogo universiteta im. I. Kanta. Ser.: Filologiya, pedagogika, psihologiya. 2024;(3):120–129. DOI: 10.5922/vestnikpsy-2024-3-11. (In Rus.).
18. Kalashnikova A.R., Manukina A.P., Nosacheva E.Yu., Podymova P.A. Psihologo-pedagogicheskoe soprovozhdenie detej s ONR [Psychological and pedagogical support for children with OHP]. Studencheskij elektronnyj zhurnal StRIZH. 2025;5(64):59-62. (In Rus.).
19. Koneva E.V., Rusanova L.S. Sovremennye tendencii i problemy v psihologo-mediko-pedagogicheskom obsledovanii detej [Current trends and problems in psychological, medical, and pedagogical examination of children]. Medicinskaya psihologiya v Rossii. 2018;10(4(51)):4. (In Rus.).
20. Butko G.A., Katelson T.A., Oltu S.P. Razvitie sistemy rannej kompleksnoj pomoshchi detyam s ogranichennymi vozmozhnostyami zdorov'ya v uchrezhdeniyah obrazovaniya i zdravoohraneniya [Development of the system of early comprehensive care for children with disabilities in educational and healthcare institutions]. Vestnik Mininskogo universiteta. 2019;7(4(29)):5. DOI 10.26795/2307-1281-2019-7-4-5. (In Rus.).
21. Pavlyukova E.V., Davydova I.V., Lazurenko S.B., Yatsyk G.V., Konova O.M., Zimina E.P. Vozmozhnosti profilaktiki i vosstanovitel'nogo lecheniya posledstvij perinatal'nogo porazheniya central'noj nervnoj sistemy u nedonoshennyh detej [Possibilities of prevention and restorative treatment of the consequences of perinatal damage to the central nervous system in premature infants]. Pediatricheskaya farmakologiya. 2018;15(2):159–167. DOI 10.15690/pf.v15i2.1872. (In Rus.).
22. Ambalova S.A. Osnovnye kriterii effektivnosti psihokorrekcionnoj raboty [Main criteria for the effectiveness of psychocorrectional work]. Azimut nauchnyh issledovanij: pedagogika i psihologiya. 2021;10(1(34)):315-317. DOI 10.26140/anip-2021-1001-0080. (In Rus.).
23. Glushanko V.S., Bogomaz S.L., Kovalevskaya T.N. Kompleksnoe psihologo-pedagogicheskoe soprovozhdenie processa social'no-psihologicheskoj adaptacii u detej, rozhdennyh s zaderzhkoj razvitiya ploda [Comprehensive psychological and pedagogical support for the process of social and psychological adaptation in children born with fetal growth retardation]. Pravo. Ekonomika. Psihologiya. 2020;1(17):89-96. (In Rus.).
24. Michaelis R., Tang V., Wagner J.L., Modi A.C., LaFrance W.C. Jr., Goldstein L.H., et al. Psychological treatments for people with epilepsy. Cochrane Database Syst Rev. 2017 Oct 27;10(10):CD012081. DOI: 10.1002/14651858.CD012081.pub2.

Дата поступления: 26.03.2026

Добавить комментарий

Пожалуйста оставляйте комментарии только по теме. Вы можете оставить свой комментарий любым браузером кроме Internet Explorer старше 6.0
Имя:
E-mail
Комментарий:
Код:*