DOI: 10.21045/2071-5021-2026-72-2-2

Ротов В.М., Васильева Т.П., Васильев М.Д.
ФГБНУ «Национальный научно-исследовательский институт общественного здоровья имени Н.А. Семашко», Москва, Российская Федерация

Аннотация

Актуальность. Нарастание частоты и комбинированного воздействия глобальных вызовов — пандемий, климатических кризисов, геополитических конфликтов — увеличивает нагрузку на системы здравоохранения и требует перехода от преимущественно реактивных мер к упреждающему управлению рисками. Имеющиеся международные инструменты (World Health Organization Emergency Response Framework, Global Health Security Index) ориентированы преимущественно на фазу немедленного реагирования, тогда как задача раннего выявления неблагоприятных трендов и интегральной оценки последствий для здоровья населения остаётся методологически недостаточно проработанной.

Цель. Методологически обосновать и описать алгоритм мониторинга и оценки реагирования системы здравоохранения на глобальные вызовы, обеспечивающий раннее выявление неблагоприятных тенденций по оперативным индикаторам и интегральную оценку последствий для здоровья населения с целью поддержки принятия управленческих решений.

Материалы и методы. Применялись системный анализ и индикаторный подход. Предложена многоуровневая архитектура мониторинга, включающая оперативные показатели на основе ежемесячной обновляемости данных и погодовую оценку детерминант здоровья населения. Сформированы индексы пяти групп детерминант (поведенческих, социальных, биологических, экологических, медицинских), выполнено моделирование реакции ключевых компонентов здоровья населения (военного, трудового, репродуктивного, резервного, видового). Чувствительность оперативного контура задаётся порогом: значимой считается реакция при отклонении не менее 50 % ключевых индикаторов. Для агрегирования результатов использованы многомерные статистические методы и процедуры мультикритериального включения.

Результаты. Описан последовательный пятиэтапный алгоритм с обратными связями, обеспечивающий управленческие выходы: профиль срабатываний оперативных индикаторов, погодовые профили детерминант и компонентов здоровья населения, а также динамику интегрального индекса благополучия общественного здоровья как меры суммарного эффекта. Алгоритм включает два режима работы — оперативное реагирование при вызовах с известными последствиями и накопительный мониторинг при вызовах с неизвестными последствиями. Конкретизированы требования к данным и условия межведомственной координации при внедрении в региональные системы мониторинга. На примере пандемии новой коронавирусной инфекции проиллюстрирована логика срабатывания этапов алгоритма и формирования управленческих решений.

Заключение. Разработанный алгоритм позволяет дифференцированно реагировать на вызовы различной природы, обеспечивает оценку эффективности вмешательств и сопоставимость динамики рисков на ретроспективном и прогнозном горизонтах, формируя основу для стандартизации мониторинга устойчивости системы здравоохранения.

Ключевые слова: здоровье населения; глобальные вызовы; устойчивость системы здравоохранения; оперативный мониторинг; индикаторы; детерминанты здоровья населения; интегральный индекс.

Контактная информация: Ротов Валентин Максимович, email: Этот e-mail защищен от спам-ботов. Для его просмотра в вашем браузере должна быть включена поддержка Java-script
Финансирование. Исследование выполнено в рамках темы «Теоретическое обоснование иерархической системы здоровьесбережения населения на основе научного сопровождения мониторинга состояния и детерминант общественного здоровья как медико-социального ресурса общества» (FGFR-2025-0008).
Конфликт интересов. Авторы декларируют отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов в связи с публикацией данной статьи.
Соблюдение этических стандартов. Данный вид исследования не требует прохождения экспертизы локальным этическим комитетом.
Для цитирования: Ротов В.М., Васильева Т.П., Васильев М.Д. Проактивное управление рисками для здоровья населения: алгоритм мониторинга и оценки реагирования системы здравоохранения на глобальные вызовы. Социальные аспекты здоровья населения [сетевое издание] 2026;

PROACTIVE RISK MANAGEMENT IN PUBLIC HEALTH: A MONITORING AND RESPONSE ASSESSMENT ALGORITHM FOR HEALTH SYSTEMS FACING GLOBAL CHALLENGES
Rotov V.M., Vasilieva T.P., Vasiliev M.D.
N.A. Semashko National Research Institute of Public Health, Moscow, Russian Federation

Abstract

Significance. The increasing frequency and combined impact of global challenges, such as pandemics, climate crises, and geopolitical conflicts place a growing burden on health systems, necessitating a shift from predominantly reactive measures to proactive risk management. Existing international instruments (WHO Emergency Response Framework, Global Health Security Index) focus primarily on the phase of immediate response, while the task of early detection of adverse trends and integrated assessment of consequences for population health remains methodologically underdeveloped.

Purpose. To methodologically substantiate and describe a monitoring and response assessment algorithm for health systems facing global challenges, focused on early detection of adverse trends through operational indicators and integrated assessment of consequences for population health to support management decisions.

Material and methods. A system analysis and indicator approach were applied. A multi-level monitoring architecture is proposed, combining operational indicators based on monthly data updates and an annual assessment of public health determinants. Indexes of five groups of determinants (behavioral, social, biological, environmental, and medical) were formed, and the reactions of key components of population health (military, labor, reproductive, reserve, and species) were modeled. The sensitivity of the operational system is determined by a threshold: the response is considered significant when at least 50% of the key indicators deviate from their normal values. Multidimensional statistical methods and multicriteria integration procedures were used to aggregate the results.

Results. A sequential five-stage algorithm with feedback is described, providing managerially interpretable outputs: a profile of operational indicator responses, annual profiles of the determinants and health components, as well as dynamics in the integral population health index as a measure of cumulative effect. The algorithm has two modes of operation: operational response for challenges with known consequences and cumulative monitoring for challenges with unknown consequences. Data requirements and conditions for interagency coordination in the implementation of regional monitoring systems have been specified. Using the COVID-19 pandemic as an example, the logic behind the activation of algorithm stages and the process of management decision‑making is illustrated.

Conclusion. The developed algorithm enables differentiated responses to challenges of various natures, provides assessment of the effectiveness of interventions and comparability of risk dynamics over retrospective and forecast horizons, forming the basis for standardizing the health system resilience monitoring.

Keywords: population health; global challenges; health system resilience; operational monitoring; indicators; public health determinants; integral index. 

Corresponding author: Valentin M. Rotov, email: Этот e-mail защищен от спам-ботов. Для его просмотра в вашем браузере должна быть включена поддержка Java-script
Information about authors:
Rotov VM, https://orcid.org/0000-0002-4164-3745
Vasilieva TP, http://orcid.org/0000-0003-4831-1783
Vasiliev MD, https://orcid.org/0000-0003-1646-7345
Acknowledgments. The research was carried out within the framework of the "Theoretical substantiation of the hierarchical health protection system based on scientific support for monitoring health status and determinants of public health as a medical and social resource of society" topic (FGFR-2025-0008).
Competing interests. The authors declare the absence of any conflicts of interest regarding the publication of this paper.
Compliance with ethical standards. This study does not require a conclusion from the Local Ethics Committee.
For citation: Rotov V.M., Vasilieva T.P., Vasiliev M.D. Proactive risk management in public health: a monitoring and response assessment algorithm for health systems facing global challenges. Social'nye aspekty zdorov'a naselenia [serial online] 2026; (In Rus).

Введение

В XXI веке мировое сообщество достигло существенных успехов в укреплении здоровья населения, однако параллельно нарастает совокупность новых угроз, последствия которых затрагивают здоровье населения целых стран и регионов [1]. Вспышки опасных инфекционных заболеваний, включая пандемию COVID-19, рост антимикробной резистентности, неуклонное распространение хронических неинфекционных заболеваний, воздействие загрязнения окружающей среды и изменения климата, а также масштабные гуманитарные кризисы формируют единый контур давления на системы здравоохранения [2]. Как отмечают Salm и соавторы, при текущих тенденциях менее трети намеченных целевых показателей в области здравоохранения удастся достичь к 2030 году [1]. Новосёлова Е.Н. подчёркивает, что демографическое старение населения дополнительно усиливает нагрузку на медицинские системы, требуя расширения адаптивных механизмов и цифровых технологий мониторинга [3]. Цифровизация здравоохранения и внедрение аналитических платформ рассматриваются как необходимые условия перехода к упреждающему управлению рисками для здоровья населения [4].

Пандемия COVID-19 остро выявила уязвимые места систем здравоохранения по всему миру: недостаточную готовность инфраструктуры, сбои в цепочках поставок медицинских товаров, дефицит подготовленных кадров и общую неготовность к чрезвычайной ситуации [2]. По данным Filip и соавторов, медицинские учреждения на ранних этапах пандемии оказались перегружены и плохо оснащены для массового приёма пациентов [2]. Доклад Организации экономического сотрудничества и развития фиксирует, что в 2019 году страны этой организации в среднем направляли лишь около 2,7 % своих расходов на здравоохранение на мероприятия по профилактике заболеваний, а кризис COVID-19 привёл к колоссальной перегрузке и выгоранию медицинских работников [5]. Кроме того, пандемия обнажила социально-экономические диспропорции: относительный риск смерти от COVID-19 у жителей наиболее неблагополучных районов оказался примерно вдвое выше, чем у населения с более высоким достатком [5]. Аналогичные закономерности подтверждены в утверждённой в декабре 2025 года Стратегии развития здравоохранения Российской Федерации до 2030 года, в которой к угрозам национальной безопасности в сфере охраны здоровья отнесены биологические риски, рост антимикробной резистентности и кибератаки на медицинские информационные системы [6].

В ответ на выявленные проблемы формируются модели повышения устойчивости систем здравоохранения к внешним угрозам. Концепция устойчивости системы здравоохранения предполагает, что система должна заблаговременно планировать готовность к потрясениям — пандемиям, климатическим и экономическим кризисам — минимизировать их последствия и извлекать уроки для совершенствования работы [5]. В 2024 году Всемирная организация здравоохранения опубликовала интегрированный пакет индикаторов устойчивости систем здравоохранения, предназначенный для мониторинга устойчивости в рутинном режиме и в условиях внешних угроз [7]. Одновременно многие страны пересматривают национальные планы готовности к чрезвычайным ситуациям. Орлов С.А. и Александрова О.Ю. разработали методику интегральной оценки готовности региональной системы здравоохранения к реагированию на глобальные вызовы, включающую инфраструктурные, ресурсные, управленческие и эпидемиологические показатели [8]. Васильева Т.П. и соавторы обосновали методологические подходы к оценке влияния биологических, геополитических и техногенных вызовов на показатели здоровья населения и систему здравоохранения [9, 10].

Вместе с тем, при наличии инструментов оценки готовности и немедленного реагирования, остаётся недостаточно разработанным вопрос о формализованном алгоритме, который бы последовательно связывал возникновение вызова с оперативным мониторингом, погодовой оценкой детерминант здоровья населения и интегральным индексом, агрегирующим итоговую оценку последствий для целей поддержки управленческих решений.

Цель — методологически обосновать алгоритм мониторинга и оценки реагирования системы здравоохранения на глобальные вызовы, обеспечивающий раннее выявление реакции по оперативным индикаторам и интегральную оценку последствий для здоровья населения для поддержки управленческих решений. Под проактивным управлением рисками в настоящей работе понимается упреждающее принятие решений на основе ранних сигналов оперативного мониторинга и прогнозной оценки последствий. Под устойчивостью понимается способность населения и системы здравоохранения сохранять основные функции, адаптироваться и восстанавливаться при воздействии глобальных угроз [11, 12].

Материалы и методы

Методология построения алгоритма базируется на концепции системного анализа и интегральной оценки медико-социальных изменений, возникающих под воздействием угроз различной природы [11]. В основе методологии лежит логика последовательного мониторинга, анализа и оценки реакции системы здравоохранения и здоровья населения, направленная на обеспечение упреждающего управления и минимизацию ущерба [9].

Алгоритм предусматривает два режима работы в зависимости от природы вызова. При вызовах с известными последствиям, ранее изученных, алгоритм функционирует в режиме оперативного реагирования:

При вызовах с неизвестными последствиями алгоритм переходит в режим накопительного мониторинга:

Методология включает пять взаимосвязанных этапов с обратными связями.

Этап 1. Категоризация глобальных вызовов

На первом этапе определяются категории и характеристики глобальных вызовов с учётом масштаба (локальный, национальный, глобальный), длительности (острая, средняя, длительная), интенсивности и характера воздействия (прямое, косвенное). Этап основывается на существующих международных классификациях: WHO Emergency Response Framework (ERF) [11], Global Health Security Index [13], рекомендациях Центров по контролю и профилактике заболеваний США (CDC) [14] и отечественном подходе к классификации вызовов [9]. Принадлежность вызова к числу угрожающих здоровью населения устанавливается путём сопоставления его характеристик с классификатором. Если вызов относится к ранее изученным (с известным профилем последствий), управленческая команда применяет апробированные протоколы реагирования. Если вызов является новым или его последствия неизвестны, осуществляется переход к систематическому мониторингу.

Этап 2. Оперативный мониторинг реагирования по ежемесячным индикаторам

На данном этапе оценивается поведение ключевых индикаторов, характеризующих текущее состояние здоровья населения и его реакцию на внешние вызовы. Система количественных индикаторов оперативного мониторинга включает показатели, отражающие уровень заболеваемости, смертности, нагрузки на систему здравоохранения и другие параметры, обновляемые на ежемесячной основе органами государственной статистики [15].

Конкретный перечень индикаторов оперативного мониторинга определяется экспертной группой, включающей специалистов органов управления здравоохранением и научных организаций, на основе типа вызова и специфики региона. Например, при биологическом вызове (пандемии) набор индикаторов включает: первичную заболеваемость, смертность по причинам, нагрузку на стационарное звено (коечный фонд), объём скорой медицинской помощи, долю временной нетрудоспособности. При экологическом вызове акцент смещается на заболеваемость болезнями органов дыхания, онкозаболеваемость, показатели репродуктивного здоровья.

Критерий чувствительности — отклонение не менее 50 % индикаторов оперативного мониторинга от значений предшествующего периода. Порог 50 % выбран на основании принципа мажоритарного голосования индикаторов, минимизирующего ложноположительные срабатывания при единичных колебаниях и обеспечивающего уверенную фиксацию системной реакции [16, 17]. При срабатывании порога производится фиксация изменений и переход к следующему этапу. Если порог не достигнут, система возвращается к периодическому мониторингу с частотой, определяемой экспертной группой, и верификации адекватности реагирования. Мониторинг оперативных индикаторов продолжается параллельно с работой последующих этапов для обеспечения непрерывного наблюдения за динамикой вызова.

Этап 3. Анализ изменений погодовых индексов детерминант здоровья населения

На данном этапе оценивается реакция индексов пяти групп детерминант здоровья населения по итогам календарного года действия вызова: поведенческой, социальной, биологической, экологической и медицинской [18-20]. Каждая группа детерминант рассчитывается через набор статистических показателей: поведенческая — распространённость курения, алкоголизация, физическая активность и др.; социальная — доходы населения, безработица, уровень образования и др.; биологическая — первичная заболеваемость, инвалидизация, возрастная структура и др.; экологическая — показатели загрязнения атмосферы, водных ресурсов и др.; медицинская — обеспеченность медицинскими кадрами, коечным фондом, финансирование здравоохранения и др. [10,20].

Для выявления причинно-следственных взаимосвязей между глобальными вызовами и реакцией детерминант используются многофакторный и корреляционно-регрессионный анализы [21]. Если индексы демонстрируют статистически значимое отклонение от предыдущего временного периода, начинается их углублённый мониторинг и осуществляется переход к следующему этапу. При отсутствии значимых отклонений осуществляется возврат к этапу 2 для продолжения оперативного наблюдения.

Этап 4. Формирование и верификация моделей реагирования по компонентам здоровья населения

На основе данных предыдущих этапов разрабатываются модели реагирования с учётом реакции пяти компонентов здоровья населения: военного (готовность к мобилизации, защите и эвакуации населения), трудового (состояние и ресурсы трудоспособного населения), репродуктивного (рождаемость, репродуктивное здоровье), резервного (ресурсы здоровья, резервы нации) и видового (общая численность населения, демографическая устойчивость) [12,17].

Верификация моделей проводится путём ретроспективного анализа на примерах прошедших глобальных вызовов. Например, для пандемии COVID-19 модель реагирования включала следующую логику: на этапе оперативного мониторинга зафиксирован рост заболеваемости и смертности, увеличение нагрузки на стационарное звено → анализ детерминант выявил ухудшение медицинской (перегрузка кадров, дефицит оборудования), социальной (рост безработицы, снижение доходов) и поведенческой (изменение двигательной активности, рост тревожности) детерминант → модели реагирования зафиксировали сокращение трудового и репродуктивного компонентов → интегральный индекс отразил суммарное снижение потенциала здоровья населения [22,23].

При наличии фактических изменений в компонентах производится их мониторинг, при отсутствии — возврат к этапу 3 для продолжения наблюдения за детерминантами.

Этап 5. Расчёт интегрального индекса благополучия общественного здоровья

Завершающий этап включает агрегацию результатов всех предыдущих стадий. Интегральный индекс благополучия общественного здоровья (ИИБОЗ) — это количественный показатель, отражающий суммарный эффект воздействия вызова на здоровье населения через систему мониторинга индикаторов, детерминант и компонентов [23,24]. ИИБОЗ рассчитывается с применением мультикритериального анализа и статистических методов интегрального оценивания.

Формально ИИБОЗ представляет собой взвешенную агрегацию пяти субиндексов компонентов здоровья населения (военный, трудовой, репродуктивный, резервный, видовой), каждый из которых формируется на основе индексов детерминант, которые, в свою очередь, учитывают данные оперативного мониторинга. Таким образом, обеспечивается последовательная связь:

Весовые коэффициенты субиндексов определяются методом экспертных оценок с последующей валидацией на ретроспективных данных. ИИБОЗ выполняет функцию как ретроспективного, так и прогностического инструмента оценки.

Разработка алгоритма основывается на принципах: комплексность (интеграция широкого спектра индикаторов и детерминант); системность (обеспечение взаимосвязи между уровнями и компонентами реагирования); проактивность (сочетание мер немедленного ответа и упреждающего управления на основе мониторинговых сигналов); адаптивность (способность алгоритма к корректировке под изменяющиеся условия и новые типы вызовов).

Результаты

Представленная схема на рисунке 1 иллюстрирует поэтапную логику алгоритма мониторинга и оценки реагирования системы здравоохранения на глобальные вызовы. Алгоритм включает пять последовательных этапов с обратными связями, каждый из которых логически связан с предыдущим и обеспечивает переход от идентификации вызова к количественной оценке изменений здоровья населения.

Рис. 1. Алгоритм моделирования реагирования общественного здоровья на глобальные вызовы

Этап 1. Возникновение и категоризация вызова

При возникновении вызова, потенциально затрагивающего здоровье населения, производится его фиксация и категоризация по параметрам: содержательная характеристика, масштаб, длительность, интенсивность и характер воздействия. Выполняется проверка: является ли вызов ранее изученным с известным профилем последствий. Если да, алгоритм переходит в режим оперативного реагирования: запускаются апробированные протоколы мониторинга и реагирования с использованием уже валидированных наборов индикаторов и моделей реагирования (переход непосредственно к этапу 2 с задействованием известных профилей). Если вызов является новым или его последствия неизвестны, алгоритм переходит в режим накопительного мониторинга, и последующие этапы выполняются последовательно с целью формирования нового профиля реагирования.

Этап 2. Реагирование показателей оперативного мониторинга

На данном этапе оценивается поведение ключевых индикаторов оперативного мониторинга, обновляемых ежемесячно. Индикаторы определяются экспертной группой в зависимости от типа вызова и региональных условий (состав индикаторов описан в разделе «Материалы и методы»).

Проводится анализ чувствительности: отклонились ли не менее 50 % показателей оперативного мониторинга от значений предшествующего периода. Если порог достигнут — фиксируются изменения и производится переход к этапу 3. Если порог не достигнут — система возвращается к периодическому мониторингу вызова (возврат к этапу 1), при этом проверяется адекватность набора индикаторов и при необходимости его состав корректируется. Мониторинг оперативных индикаторов продолжается параллельно с работой последующих этапов, обеспечивая непрерывное наблюдение за динамикой вызова на протяжении всего периода его действия.

Этап 3. Анализ изменений погодовых индексов детерминант здоровья населения

По итогам календарного года действия вызова оценивается реакция индексов пяти групп детерминант (поведенческой, социальной, биологической, экологической и медицинской).

Если индексы демонстрируют статистически значимое отклонение от предыдущего года, начинается углублённый мониторинг детерминант и осуществляется переход к этапу 4. При отсутствии значимых отклонений осуществляется возврат к этапу 2 для продолжения оперативного наблюдения.

Этап 4. Формирование и верификация моделей реагирования по компонентам здоровья населения

На основе данных предыдущих этапов оценивается реакция пяти компонентов здоровья населения: военного, трудового, репродуктивного, резервного и видового.

Проверяется наличие фактических изменений в компонентах. При их наличии производится мониторинг компонентов и переход к этапу 5. При отсутствии фактических изменений — возврат к этапу 3 для продолжения наблюдения за детерминантами.

При пандемии COVID-19 оперативный мониторинг зафиксировал рост заболеваемости и смертности, увеличение нагрузки на стационарное звено (этап 2). Анализ детерминант выявил ухудшение медицинской детерминанты (перегрузка кадров, дефицит средств индивидуальной защиты), социальной (снижение доходов) и поведенческой (снижение физической активности, рост уровня тревожности) (этап 3). Модели реагирования зафиксировали сокращение трудового компонента (рост временной нетрудоспособности, избыточная смертность в трудоспособном возрасте) и репродуктивного компонента (снижение рождаемости в период пандемии). Данная последовательность демонстрирует логику формирования управленческих решений: от фиксации оперативной реакции через анализ причинных факторов к выявлению конкретных компонентов здоровья населения, требующих приоритетного внимания.

Этап 5. Расчёт интегрального индекса здоровья населения

Завершающий этап предполагает агрегацию данных в виде интегрального индекса здоровья населения (ИИБОЗ), включающего результаты всех предшествующих этапов по цепочке:

ИИБОЗ представляет собой взвешенную агрегацию субиндексов компонентов здоровья населения. Пять групп детерминант выступают факторами, формирующими каждый из пяти компонентов. Связь между ними: каждая детерминанта вносит вклад в изменение компонентов пропорционально своему весовому коэффициенту, определяемому экспертно и валидируемому ретроспективно. Например, медицинская детерминанта (обеспеченность кадрами, финансирование) преимущественно влияет на все пять компонентов, тогда как экологическая — в большей степени на репродуктивный и видовой компоненты.

Изменение ИИБОЗ по отношению к предыдущему году отражает реальную динамику потенциала здоровья населения как системного индикатора устойчивости системы здравоохранения к глобальным вызовам.

Формирование управленческих решений на основе ИИБОЗ. На каждом этапе алгоритма генерируются управленчески-значимые выходы:

• этап 2: профиль срабатываний оперативных индикаторов → сигнал для оперативного штаба;
• этап 3: профиль детерминант с наибольшими отклонениями → приоритеты для межведомственных программ;
• этап 4: профиль затронутых компонентов → направления целевых вмешательств (кадровая политика, программы поддержки рождаемости и др.);
• этап 5: динамика ИИБОЗ → интегральная оценка для стратегического планирования.

Учёт региональных особенностей реализуется через адаптацию весовых коэффициентов и состава индикаторов к медико-демографическому и социально-экономическому профилю конкретного субъекта Российской Федерации.

Обсуждение полученных результатов

В ходе исследования предложен алгоритм мониторинга и оценки реагирования системы здравоохранения на глобальные вызовы, включающий последовательные этапы с обратными связями. Представленный алгоритм сопоставим с подходами, разработанными Всемирной организацией здравоохранения, Центрами по контролю и профилактике заболеваний Соединённых Штатов Америки, а также с концепцией «Одно здоровье» (One Health).

В отличие от модели Всемирной организации здравоохранения, ориентированной преимущественно на немедленное реагирование и координацию действий при чрезвычайных ситуациях [11], предложенный алгоритм предусматривает не только оперативное реагирование, но и последовательную оценку погодовых изменений детерминант и компонентов здоровья населения, что позволяет формировать интегральную оценку последствий вызова. Модель Центров по контролю и профилактике заболеваний Соединённых Штатов Америки акцентирует внимание на обеспечении быстрого и эффективного ответа через систему национальных стандартов [14], тогда как предложенный подход дополняет это учётом чувствительности различных групп детерминант здоровья населения, что создаёт основу для более точного прогнозирования последствий.

Ключевым отличием предложенного алгоритма является разделение на два режима работы: оперативное реагирование при вызовах с известными последствиями и накопительный мониторинг при вызовах с неизвестными последствиями. Данное разделение отражает принципиальное ограничение: упреждающее управление рисками в полной мере возможно лишь для вызовов, механизмы влияния которых на здоровье населения изучены. В случае новых вызовов с неизвестными последствиями речь идёт преимущественно о систематическом сборе данных для последующего формирования моделей реагирования. Такой подход логически согласуется с рекомендациями ВОЗ по дифференцированному реагированию на угрозы различной степени изученности [7,11].

Многоуровневая структура алгоритма облегчает адаптацию к условиям отдельных регионов с учётом их медико-демографических и социально-экономических особенностей [23,24]. Внедрение алгоритма предполагает усиление межведомственного взаимодействия — координацию органов управления здравоохранением, статистических служб, служб санитарно-эпидемиологического надзора и органов социальной защиты, что признано ключевым фактором успешного управления кризисами [15,22]. В контексте Российской Федерации организация межведомственной координации может опираться на существующие механизмы взаимодействия в рамках территориальных программ государственных гарантий и Стратегии развития здравоохранения до 2030 года [6].

Вместе с тем существуют объективные ограничения в практическом применении предложенного алгоритма. Доступность и качество данных являются критическим условием реализации алгоритма на всех этапах. Мониторинг детерминант и компонентов здоровья населения требует регулярного обновления информации и значительных аналитических ресурсов [13]. Успешное применение алгоритма зависит от уровня межведомственной и междисциплинарной координации, что может быть затруднено в отдельных регионах вследствие организационно-административных ограничений [16]. Весовые коэффициенты субиндексов интегрального индекса здоровья населения требуют последовательной валидации на ретроспективных данных различных типов вызовов, что является предметом дальнейших исследований.

Заключение

Разработанный алгоритм мониторинга и оценки реагирования системы здравоохранения на глобальные вызовы представляет собой инструмент комплексной оценки и мониторинга состояния здоровья населения в условиях угроз различной природы. Алгоритм позволяет оперативно идентифицировать возникновение вызовов, оценивать изменения по ключевым ежемесячным индикаторам, анализировать погодовую динамику детерминант и компонентов здоровья населения и формировать интегральную оценку последствий, что соответствует рекомендациям Всемирной организации здравоохранения и Центров по контролю и профилактике заболеваний Соединённых Штатов Америки.

Предложенная методология отличается системностью и многоуровневостью, а также включает два режима работы — оперативное реагирование при вызовах с известными последствиями и накопительный мониторинг при вызовах с неизвестными последствиями. Такая дифференциация позволяет корректно разграничить ситуации, в которых возможно упреждающее управление рисками, от ситуаций, требующих первоочередного сбора информации для последующего формирования моделей реагирования.

Интегральный индекс благополучия общественного здоровья, формируемый как взвешенная агрегация субиндексов пяти компонентов здоровья населения через систему детерминант, позволяет осуществлять как ретроспективную оценку последствий глобальных вызовов, так и прогнозирование дальнейшего развития ситуации. Вместе с тем, практическая ценность алгоритма в полной мере может быть подтверждена после его апробации на ретроспективных данных нескольких типов вызовов с последующей валидацией весовых коэффициентов и пороговых значений.

Дальнейшие исследования должны быть направлены на апробацию алгоритма на данных конкретных субъектов Российской Федерации, валидацию интегрального индекса здоровья населения и разработку практических рекомендаций по межведомственной координации при внедрении алгоритма в региональные системы мониторинга.

Библиография

1. Salm M., Alwan A., Lichtveld M., García P.J., Kilmarx P.H., Sewankambo N.K., и др. Reimagining Global Health: accelerating change for a sustainable future. Annals of Global Health 2025;91(1):6. DOI: https://doi.org/10.5334/aogh.4616.
2. Filip R., Gheorghita Puscaselu R., Anchidin-Norocel L., Dimian M., Savage W.K. Global challenges to public health care systems during the COVID-19 pandemic: a review of pandemic measures and problems. Journal of Personalized Medicine 2022;12(8):1295. DOI: 10.3390/jpm12081295.
3. Новосёлова Е.Н. Цифровая трансформация здравоохранения: новые возможности и вызовы для пожилых пациентов. Вестник Московского университета. Серия 18. Социология и политология 2025;31(4):67-94. DOI: 10.24290/1029-3736-2025-31-4-67-94.
4. Мешков Д.О. Проактивное и риск-ориентированное управление общественным здоровьем требует цифрового подхода. 2022 May 30. Режим доступа: https://daily.hse.ru/post/proaktivnoe-i-risk-orientirovannoe-upravlenie-obschestvennym-zdorovem-trebuet-tsifrovogo-podhoda (Дата обращения: 16.03.2026).
5. OECD. Ready for the next crisis? Investing in health system resilience. OECD Health Policy Studies. Paris: OECD Publishing; 2023. DOI: https://doi.org/10.1787/1e53cf80-en.
6. О Стратегии развития здравоохранения в Российской Федерации на период до 2030 года: Указ Президента Российской Федерации от 08.12.2025 № 896. Режим доступа: http://publication.pravo.gov.ru/document/0001202512090003 (Дата обращения: 16.03.2026).
7. World Health Organization. Health system resilience indicators: an integrated package for measuring and monitoring health system resilience in countries. Geneva: World Health Organization; 2024.
8. Орлов С.А., Александрова О.Ю. Методология интегральной оценки готовности региональной системы здравоохранения к ответу на глобальные вызовы. Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины 2025;33(6):1336-1343.
9. Васильева Т.П., Ларионов А.В., Русских С.В. и др. Методический подход к составлению классификатора вызовов общественному здоровью. Здоровье населения и среда обитания — ЗНиСО 2024;32(2):7-17. DOI: 10.35627/2219-5238/2024-32-2-7-17.
10. Орлов С.А., Александрова О.Ю., Горенков Р.В., Васильева Т.П., Зудин А.Б. Методологические и методические подходы к оценке влияния глобальных вызовов на показатели здоровья населения и систему здравоохранения. Менеджер здравоохранения 2023;(8):4-16. DOI: 10.21045/1811-0185-2023-8-4-16
11. Всемирная организация здравоохранения. Рамочная концепция реагирования ВОЗ на чрезвычайные ситуации (WHO Emergency Response Framework, ERF). 2-е изд. Женева: Всемирная организация здравоохранения; 2017.
12. Всемирная организация здравоохранения. Набор инструментов по устойчивости систем здравоохранения: глобальное общественное благо ВОЗ. Женева: Всемирная организация здравоохранения; 2022.
13. Cameron E.E., Nuzzo J.B., Bell J.A. Global Health Security Index: building collective action and accountability. Washington, DC: Nuclear Threat Initiative; 2019.
14. Centers for Disease Control and Prevention. Public health emergency preparedness and response capabilities: national standards for state, local, tribal, and territorial public health. Atlanta: CDC; 2018.
15. Sheikh K., Abimbola S. Strong health systems are learning health systems. PLoS Global Public Health 2022;2(4):e0000229.
16. Sagan A., Thomas S., McKee M., и др. COVID-19 and health systems resilience: lessons going forwards. Eurohealth 2020;26(2):20-24.
17. Adger W.N., Brown I., Surminski S. Advances in risk assessment for climate change adaptation policy. Philosophical Transactions of the Royal Society A: Mathematical, Physical and Engineering Sciences 2018;376(2121):20180106.
18. Dahlgren G., Whitehead M. European strategies for tackling social inequities in health: Levelling up. Part 2. Copenhagen: WHO Regional Office for Europe; 2007.
19. Marmot M., Allen J.J. Social determinants of health equity. American Journal of Public Health 2014;104(Suppl 4):S517-S519.
20. Васильева Т.П., Ларионов А.В., Русских С.В. и др. Концептуальные основы определения детерминант общественного здоровья. Социальные аспекты здоровья населения 2024;70(4). DOI: 10.21045/2071-5021-2024-70-4-10.
21. Remais J.V., Zeng G., Li G., Tian L., Engelgau M.M. Convergence of non-communicable and infectious diseases in low- and middle-income countries. International Journal of Epidemiology 2013;42(1):221-227.
22. OECD. Health at a glance 2021: OECD indicators. Paris: OECD Publishing; 2021.
23. Haldane V., De Foo C., Abdalla S.M., и др. Health systems resilience in managing the COVID-19 pandemic: lessons from 28 countries. Nature Medicine 2021;27(6):964-980.
24. Kruk M.E., Ling E.J., Bitton A., и др. Building resilient health systems: a proposal for a resilience index. BMJ 2017;357:j2323.

References

1. Salm M, Alwan A, Lichtveld M, García PJ, Kilmarx PH, Sewankambo NK, et al. Reimagining global health: accelerating change for a sustainable future. Annals of Global Health 2025;91(1):6. DOI: https://doi.org/10.5334/aogh.4616.
2. Filip R, Gheorghita Puscaselu R, Anchidin-Norocel L, Dimian M, Savage WK. Global challenges to public health care systems during the COVID-19 pandemic: a review of pandemic measures and problems. Journal of Personalized Medicine 2022;12(8):1295. DOI: 10.3390/jpm12081295.
3. Novoselova EN. Digital transformation of healthcare: new opportunities and challenges for elderly patients. Vestnik Moskovskogo universiteta. Seriya 18. Sotsiologiya i politologiya 2025;31(4):67-94. DOI: 10.24290/1029-3736-2025-31-4-67-94. (In Rus.).
4. Meshkov DO. Proactive and risk-oriented public health management requires a digital approach. 2022 May 30. Available from: https://daily.hse.ru/post/proaktivnoe-i-risk-orientirovannoe-upravlenie-obschestvennym-zdorovem-trebuet-tsifrovogo-podhoda (Date accessed: Mar 16, 2026). (In Rus.).
5. OECD. Ready for the next crisis? Investing in health system resilience. OECD Health Policy Studies. Paris: OECD Publishing; 2023. Available from: https://doi.org/10.1787/1e53cf80-en.
6. On the Strategy for healthcare development in the Russian Federation for the period up to 2030. Ukaz Prezidenta Rossiyskoy Federatsii ot 08.12.2025 No. 896. Available from: http://publication.pravo.gov.ru/document/0001202512090003 (Date accessed: Mar 16, 2026). (In Rus.).
7. World Health Organization. Health system resilience indicators: an integrated package for measuring and monitoring health system resilience in countries. Geneva: World Health Organization; 2024.
8. Orlov SA, Aleksandrova OYu. Methodology of integral assessment of readiness of regional health care system to respond to global challenges. Problemy sotsial'noy gigieny, zdravookhraneniya i istorii meditsiny 2025;33(6):1336-1343. (In Rus.).
9. Vasileva TP, Larionov AV, Russkikh SV, et al. Methodological approach to compiling a classifier of public health challenges. Zdorov'e naseleniya i sreda obitaniya — ZNiSO 2024;32(2):7-17. DOI: 10.35627/2219-5238/2024-32-2-7-17. (In Rus.).
10. Orlov S.A., Aleksandrova O.Yu., Gorenkov R.V., Vasilieva T.P., Zudin A.B. Methodological approaches to assessing the impact of global challenges on population health indicators and the healthcare system. Menedzher zdravookhraneniya 2023;(8):4-16. DOI: 10.21045/1811-0185-2023-8-4-16. (In Rus.).
11. Vsemirnaya organizatsiya zdravookhraneniya. Ramochnaya kontseptsiya reagirovaniya VOZ na chrezvychaynye situatsii (WHO Emergency Response Framework, ERF) [WHO emergency response framework (ERF)]. 2-e izd. Zheneva: Vsemirnaya organizatsiya zdravookhraneniya; 2017. (In Rus.).
12. Vsemirnaya organizatsiya zdravookhraneniya. Nabor instrumentov po ustoychivosti sistem zdravookhraneniya: global'noe obshchestvennoe blago VOZ [Health systems resilience toolkit: a WHO global public health good]. Zheneva: Vsemirnaya organizatsiya zdravookhraneniya; 2022. (In Rus.).
13. Cameron EE, Nuzzo JB, Bell JA. Global health security index: building collective action and accountability. Washington, DC: Nuclear Threat Initiative; 2019.
14. Centers for Disease Control and Prevention. Public health emergency preparedness and response capabilities: national standards for state, local, tribal, and territorial public health. Atlanta: CDC; 2018.
15. Sheikh K, Abimbola S. Strong health systems are learning health systems. PLoS Global Public Health 2022;2(4):e0000229.
16. Sagan A, Thomas S, McKee M, et al. COVID-19 and health systems resilience: lessons going forwards. Eurohealth 2020;26(2):20-24.
17. Adger WN, Brown I, Surminski S. Advances in risk assessment for climate change adaptation policy. Philosophical Transactions of the Royal Society A: Mathematical, Physical and Engineering Sciences 2018;376(2121):20180106.
18. Dahlgren G, Whitehead M. European strategies for tackling social inequities in health: Levelling up. Part 2. Copenhagen: WHO Regional Office for Europe; 2007.
19. Marmot M, Allen JJ. Social determinants of health equity. American Journal of Public Health 2014;104(Suppl 4):S517-S519.
20. Vasileva TP, Larionov AV, Russkikh SV, et al. Conceptual foundations for defining public health determinants. Sotsial'nye aspekty zdorov'ya naseleniya 2024;70(4):10. DOI: 10.21045/2071-5021-2024-70-4-10. (In Rus.).
21. Remais JV, Zeng G, Li G, Tian L, Engelgau MM. Convergence of non-communicable and infectious diseases in low- and middle-income countries. International Journal of Epidemiology 2013;42(1):221-227.
22. OECD. Health at a glance 2021: OECD indicators. Paris: OECD Publishing; 2021.
23. Haldane V, De Foo C, Abdalla SM, et al. Health systems resilience in managing the COVID-19 pandemic: lessons from 28 countries. Nature Medicine 2021;27(6):964-980.
24. Kruk ME, Ling EJ, Bitton A, et al. Building resilient health systems: a proposal for a resilience index. BMJ 2017;357:j2323.

Дата поступления: 03.02.2026

Добавить комментарий

Пожалуйста оставляйте комментарии только по теме. Вы можете оставить свой комментарий любым браузером кроме Internet Explorer старше 6.0
Имя:
E-mail
Комментарий:
Код:*